— Разве я единственная? — Эстер фыркнула. — Мне кажется, в мире наберется достаточное количество ребят, испытывающих отвращение к вечной жизни. И ваша охрана, Великий Бессмертный, неплохо умеет их вычислять и с ними бороться.
— Зачем причислять себя к неадекватным безумцам и фанатикам? — ее собеседник доброжелательно усмехнулся. — Ты ведь никогда не стала бы использовать методы Непокорных, я не прав? И, кроме того, у тебя есть еще одно существенное отличие от них. Они презирают Бессмертие, не имея его. А если подарить Право кому-то из них — долго ли продлится их презрение?
— Я не презираю Бессмертие, — Эстер пожала плечами. Потом сложила руки накрест, придерживая полотенце. — Просто я не вижу в своей жизни ничего настолько ценного, чтобы ее надолго продлевать.
— Ты не откровенна со мной, девочка. А это напрасно — пытаться что-то скрыть от Великого Бессмертного. Тебе не нужно Право, потому что один человек, о котором ты постоянно думаешь, не может его разделить с тобой. А жизнь без него не представляет для тебя смысла. Я не прав?
— Это же типично человеческая манера — о чем-то спрашивать, когда ответ заранее известен. Странно, что Великий Бессмертный Нежданов не избавился от нее за пятьсот лет жизни.
— Пятьсот шестьдесят, — педантично поправил ее Ярослав, и в его глазах мелькнуло что-то похожее не недовольство. — И речь сейчас не обо мне. Если бы Вэл Гарайский получил Право вновь, ты реализовала бы свое?
— Право дается один раз.
— Ну, кто тебе это сказал? Раз мы устанавливаем законы, мы же можем их и поменять. Ради исключения. Например, кто-то может передать свое Право ему.
— Известно восемь случаев передачи Права. За семьсот лет. Кроме… одного… моего, — Эстер сглотнула, — родители передавали его ребенку. У Вэла уже никого нет, кто мог бы…
— А его жена? Гэлларда Гарайская, — Нежданов не умел улыбаться, как не умели все Бессмертные, но в его глазах загорелись лукавые искорки, — она, конечно, не имеет перед нами никаких особых заслуг, но относится к категории государственных служащих. Значит, можно наделить ее Правом. Детей у них нет. Кому еще она его передаст?
— Великий Бессмертный, вы бредите наяву. — Эстер резко поднялась. Она прекрасно знала, сколько охраны за дверью, но рука невольно дернулась в сторону тяжелого стакана, стоящего на столе. Лучшей наградой для нее была бы возможность плеснуть ледяным джином в лицо собеседнику, настолько Эстер ненавидела, когда вмешивались в ее жизнь. — Она мечтает умереть с мужем в один день.
— А если мы с ней уже поговорили? И прекрасно знаем ее намерения? Тебе очень повезло с соперницей, девочка. Она готова добровольно уйти со сцены. Ну, конечно, пройдет какое-то количество лет. Но время не будет играть для вас такого значения. Ты согласна?
— И какую цену я должна заплатить?
— Замечательно, мы переходим к делу, — Нежданов откинулся на спинку стула. — А то я уже опасался, что разговор затянется, а неотложных дел у меня очень много. За последнее время у тебя появились довольно интересные знакомые, обладающие любопытными способностями. Ты передашь им то, что я тебе скажу. И постараешься убедить, что игра на моей стороне будет им очень полезна.
— Игра против кого?
— Великий Бессмертный может играть только с себе подобными, — Ярослав внезапно поднялся, и Эстер удивилась, что он заметно ниже нее — по его широким плечам и массивному торсу это было не понять. — Да, я из всех великих получил бессмертие последним. И все они открыто улыбаются мне в лицо, когда говорят, из-за чего — из-за месторождений, которые мне принадлежат. А они все гении финансовых игр, тонких интриг и управления людьми! Посмотрим, что они скажут, когда у меня будут силы, неподвластные им!
Эстер смотрела ему в лицо, неожиданно сгорбившись. Себя со стороны она видеть не могла, но ей казалось, что она постарела лет на десять.
— Есть одна небольшая проблема, — сказала она медленно. — Раньше считалось, что из бессмертного у человека только душа. Теперь вы научились делать бессмертным тело. Но при этом душа постепенно умирает. Я думаю, если Вэл проживет пятьсот лет, он станет таким же, как вы. А я этого видеть не хочу.
— Хочешь альтернативу? Он не проживет и нескольких дней, если ты не будешь делать того, что я тебе скажу.
— Отпустите меня поспать, — неожиданно сказала Эстер. — У меня… еще сказывается перелет над океаном. Я плохо соображаю, Великий Нежданов. Для вас ведь, как вы сами сказали, время не играет большого значения.