Она решила идти пешком до Музея. Все равно собралась раньше, а в такую жару тесниться в душном автобусе никак не хотелось. Настя не часто ходила по этому маршруту, так как жила далековато. Рассматривая красивое здание мэрии, девушка врезалась в дерево.
- Юная леди, вам помочь? – Настя обернулась и увидела симпатичного паренька примерно ее возраста, с ежиком каштановых волос. Зерцина поднялась и поблагодарила юношу.
- Вас проводить? Куда вы идете? – спросил парень.
- К Центральному Музею, спасибо, я дойду сама.
- Ах, Музей, – обрадовался вежливый юноша. – Так мне же почти туда! Не спорьте, я провожу. А то еще наткнетесь на фонарный столб, – ехидненько улыбнулся собеседник. Настя сдалась. Тем более, паренек веселый.
- Можно поинтересоваться, – спросил юноша. – Как вас зовут?
- Настя. Давай на «ты».
- А меня Коля.
- Приятно познакомиться.
- Мне тоже.
Всю дорогу до Музея Коля показывал на разные достопримечательности и красивые места, как будто Зерцина не из этого города. Хотя, смотря на то, как она врезалась в дерево, многие бы наверно так и подумали.
- А зачем тебе к Музею? – вдруг спросил Коля, когда они подошли к зданию с теневой стороны
- Сама не знаю. Кто- то написал записку, вот я и пришла.
- Ты что? – удивился юноша. – А вдруг это маньяки какие- нибудь?
- Средь бела дня?
- Ну, всякое бывает.
И не успела Настя удивиться, как к лицу поднесли что-то неприятно пахнущее, и девушка провалилась в забытье.
Колька взвалил девушку на руки и поволок в маленькое неприметное здание около Музея. Он прошел в подвал, где уже горел свет, закрыл за собой дверь на замок и усадил Настю на стул посреди комнаты, привязав руки и ноги.
- Жалко, – произнес он, разглядывая спящую девушку.
Он долго смотрел на нее, иногда переводя взгляд на дверь. Наверно, ждал кого-то. Зерцина начала приходить в себя. Перед глазами все плыло.
- О, – произнес Колька. – Очнулась.
Тут заскрежетал замок, и дверь распахнулась. Юноша напряженно поднялся.
- Привел? – спросил хриплый голос из–под капюшона.
- Привел, – Коля кивком указал на Настю.
Незнакомец приблизился и стал рассматривать Зерцину со всех сторон.
- Эй, – позвал Коля. – Теперь выполняй свою часть сделки!
- Какую? – притворным голосом поинтересовался человек в балахоне.
- Ты обещал отдать зелье, если я приведу девчонку! Она здесь.
- Хмм… Не помню, чтоб обещал такое.
- Что?! – разъярился юноша. – Да я тебя на куски покромсаю! Он достал из чехла нож и накинулся на незнакомца. Тот завернул ему руку за спину.
- Иди ка ты домой, мальчик, – прошипел он, повел его к двери и вытолкнул на улицу. Последнее, что видел парень, прежде чем дверь закрылась перед его носом, это испуганные зеленые глаза Насти.
- Сволочь! – прошептал юноша. – Ты обещал! Ну, ничего, тебе это с рук не сойдет…
- Так-с, – протянул человек в балахоне, когда закрыл дверь и подошел к Зерциной.
Девушка мало что понимала, но одно проявилось в ее сознании довольно точно: Колька этот – гад! Специально с ней пошел, чтобы сдать этому подозрительному типу!
Последний взял ее за подбородок, покрутил голову Насти в разные стороны, посмотрел в глаза и заставил проглотить какую-то таблетку. После встал позади нее, развязал, чтобы тут же заковать руки в цепи, свисающие с потолка, а ноги – в цепи, прикрепленные к полу. Потом подошел к стене, прокрутил какой-то рычаг, и цепи, сковывающие руки девушки, стали уходить все выше и выше. Вскоре Настя оказалась натянутой в вертикальном положении. Человек подошел к столу с какими-то грязными склянками, перелил какую-то зеленую жидкость, и повернулся к Зерциной со шприцом, заряженным этой самой жидкостью.
- Спокойно, это совсем не больно. Может, после инъекции, так как процесс будет запущен… Но мне-то какая разница.
Напуганная чуть ли не до смерти девушка давно делала попытки кричать, звать на помощь, вырываться. Но тело не слушалось. Оно просто висела тряпичной куклой.
- Ладно, – сказал незнакомец с хриплым голосом. – Сладенькое оставим на ночь. Надо сделать укольчик…
Он поднял с пола шприц очень сомнительной стерильности, и поднес к вене на правой руке Зерциной. Когда игла уже почти коснулась бледной кожи Насти, дверь позади незнакомца слетела с петель, и человек упал. Из его спины торчал нож.
====== Глава 19 ======
Девушка хотела было закричать, но из горла вышел только хрип. Из проема показалась голова Кольки. Он быстро подбежал к цепям и одним махом разрезал их чем-то блестящим, Настя не успела разглядеть, чем именно. Она упала на руки юноши.
- Т-ты, – пыталась Анастасия побороть онемение. – Ты… М-меня… Ему… Шприц… Цепи… – она уже рыдала, не сдерживаясь.
Кольке было стыдно. Он хотел загладить вину перед девушкой.
- Из-за тебя мне чуть не вкололи какую-то отраву! – к Зерциной вернулась способность управлять своим телом. – Видеть тебя не хочу! Как ты посмел заявиться вновь?!
Парень стоял, примирительно подняв руки.
- Пойдем на крышу, – просто предложил он.
- Ах, на крышу?! – презрительно сощурилась Настя. – Еще чего! Чтоб ты меня сбросил!
- Нет. Я хочу объяснить, почему так поступил.
- Откуда мне знать, что ты не отведешь меня к очередному маньяку?
- Никак. Просто доверься.
- Не могу.
- Тогда не кричи.
- Что?
Коля вдруг подхватил Анастасию на руки (опять?) и понес к выходу.
- Отпусти! – вырывалась она, но безрезультатно.
- Тихо, я не желаю тебе зла, просто хочу поговорить.
Настя перестала брыкаться и доверилась пареньку. В конце концов, он ее спас. Но и именно он привел ее в это опасное место.
- Вставай, – сказал он. – Я не смогу лезть по пожарной лестнице и держать тебя.
Девушка вслед за Колей поднялась на крышу. Недалеко как раз был ровный участок, где можно присесть.
- Ну, давай, – предложила Настя, когда они уселись. – Попробуй оправдаться.
- Я честно не хотел тебе навредить, – начал свой рассказ Коля. – Итак. Началось все шесть лет назад, когда мои мама и папа начали странно себя вести. Они старались избегать людных мест, и мне не разрешали никуда выходить, кроме школы. Так мы жили несколько месяцев. Потом родители сказали мне, что уезжают на несколько дней, их срочно вызвали по работе. На это время они оставили меня с бабушкой. Это был последний раз, когда я видел отца с мамой. Они погибли, – невольно голос юноши дрогнул. – Бабушка сказала мне, что в автомобильной аварии. Но я видел, что когда ей сказали настоящую причину их гибели, бабушка в ужасе и отчаянии упала на колени и зарыдала, причитая: « Бедный мой сын, бедная Лера (так звали мою мать, отца – Владимир, бабушку – Людмила), как же я без вас жить-то буду, а внучок-то мой!» Дальше я не видел, так как меня заметили и быстро увели. Вскоре бабушка умерла. Меня оставил жить у себя мой дядя. Признаться, я очень его боялся. Мне казалось, такой страшный и жестокий человек не может быть мне родней... Он за любую провинность бил меня ремнем, а если я вдруг услышу, увижу, то, что не надо было знать, помешаю планам дяди, так он вообще на три дня запирал меня и оставлял только хлеб и воду. Один раз я узнал его самый страшный секрет, так просидел голодный неделю. Я и сейчас его так ненавижу! Убить его собственными руками готов! Но, понимаю, что с родственниками, пусть и жестокими, так поступать нельзя. Но с уверенностью могу сказать, что если он вдруг погибнет, я не буду сожалеть ни капельки. Хотя, я благодарен ему, что вырос таким сильным в душе. В данный момент я живу у друга, дядя пересылает гроши на еду. Хорошо, что мама моего друга – очень добрая женщина, она помогает мне, как может. В этом году друг переехал в этот город, я, соответственно, с ним. Пойду в сентябре в новую школу. Позже вдруг узнаю, что в этот город переехал мой дядя!
С тех давних пор я стремлюсь узнать настоящую причину гибели родителей. Что за страшная тайна такая, что мне не рассказали? Я хочу и имею право знать! И тут ко мне приходит странный человек в плаще и капюшоном, и говорит, что если я приведу некую Анастасию Зерцину, то получу эликсир, с помощью которого смогу узнать настоящую причину смерти мамы с папой. Я знать тебя не знал, ну и подумал, что преступница какая-нибудь, вот и согласился. Он дал мне твою фотографию и адрес, я написал записку, после нашел тебя на улице и повел к незнакомцу. Я очень разозлился, когда он не дал мне то, что я хотел! Но сам виноват, поверил каким-то сказкам. И тогда я решил освободить тебя, вижу, ты хороший человек. Настя, извини, пожалуйста, я поступил плохо, и очень хочу загладить свою вину.