Девушка улыбнулась и, уже сворачивая в коридор, послала ей воздушный поцелуй.
В гримёрке, привычно устроившись в уголке, она немного поговорила с девочками, которые спрашивали, какая сегодня публика, нет ли кого из потенциально опасных, кто может сорвать номер, а потом сидела и следила за бегающим по всем столам трельяжей Прести. Дракончик будто играл с присутствующими: девочки пытались его погладить, а он, едва ладонь нависала над ним, резко удирал – к удовольствию взвизгивающих и смеющихся присутствующих. То ли играл, то ли предлагал поиграть с ним. А может, пытался совмещать и то, и другое.
В общем, всем было весело, пока Луис пыталась решить, позвонить ли снова Дэниелу или выяснить причину его молчания позже – с глазу на глаз, напрямую.
Не выдержала. Вынула вирт. Суеверно прошептала:
- Пусть он нечаянно разблокировал меня… Пусть!
Но вирт снова бесстрастно отозвался о блокировании её номера.
Она посидела, бездумно глядя на весёлый переполох в гримёрке, устроенный дракончиком, неожиданно выскакивающим из совершенно неожиданных мест, на радость девочкам, которые радостно пугались его резкого поддразнивающего шипения. Посмотрела на вирт. До следующего выступления – около часу времени. До бара Дэниела – пять минут быстрым шагом. Осторожно встала, оставила гитару за своим стулом так, чтобы не упала и чтобы никому не мешала.
Быстро прошла гримёрку. Буквально с потолка на неё свалился Прести, вызвав восторженный смех девочек. Луис улыбнулась им и вышла тем же деловым шагом – вроде как: «Я сейчас, на минутку!» Куртку на всякий случай, чтобы не приставали с вопросами, несла в руке опущенной – чуть по полу не волочила.
Вышла служебным ходом, накидывая на ходу куртку, – из уже прогревшегося до духоты помещения в сухую прохладную ночь. Прести бормотнул что-то недовольно и уткнулся мордой в застёгнутый чуть не до горла воротник. Быстрым шагом девушка обогнула бар Санни и почти бегом побежала по дороге. Расстояние хоть и небольшое, да только на этой улице, насколько успела усвоить, встретить какого-нибудь алкаша или какого-нибудь типа, недовольного всё равно чем, но готового сорвать своё недовольство хоть на ком, не редкость. Так что – бегом, бегом!..
Фонари здесь есть, да толку с них, если галерея, по ощущениям, сама чуть не мистически пытается стать тёмной…
Она бежала и думала только об одном: как ему объяснить, что она не убивала Оливера? Сможет ли она сделать так, чтобы он поверил в её объяснения? Если судить по тому, что он внёс за неё немаленький залог… Может, поверит?..
Бар, где работает Дэниел. Она постояла на углу одного из домов, ближе к бару, отчаянно присматриваясь: а вдруг он на крыльце? Несколько человек негромко переговаривались у крыльца, но расслышать отсюда, говорит ли среди остальных Дэниел, невозможно. Свет из бара тоже не располагал к выглядыванию отчётливых черт лиц собравшихся на крыльце – слишком неровный, подрагивающий и разноцветный… Но вот группа людей разошлась от входа, осталась лишь одна мужская фигура. Луис прижала ладонь к груди, машинально пытаясь утихомирить сильно бьющееся сердце, после решительно зашагала к бару.
Уже подходя так, что в освещении от бара наконец начала проглядывать человеческая фигура, она разочарованно вздохнула: у стоящего у входа – светловолосая голова. Это не Дэниел. Подошла совсем близко, так что он обернулся на шаги. Сменщик Дэниела. Шапочное знакомство Луис. Можно спросить его. Этот парень не удивится и не станет спрашивать, а зачем и почему.
- Привет, - поздоровалась она, когда по глазам поняла, что сменщик узнал её. – А где Дэниел?
- Не знаю, - медлительно сказал парень. – Я после смены отдыхал – меня вызвали. Сказали, пока третьего сменщика не найдут, чтобы ещё подежурил. Устал, как собака. Мне ведь двое суток полагается, а тут – вызвали. Фиг его знает, куда он пропал.
- Ладно. Извини. Мешать не буду, - сказала Луис и повернулась было бежать назад. Но сообразила и быстро развернулась. – Слушай (она даже не знала, как его зовут), а ты не мог бы ему позвонить?
- Без меня уже звонили – не подключается, - всё так же медлительно ответил парень, и Луис вдруг поняла, что он не медлительный, а почти сонный – видимо, днём не выспался в расчёте на сон этой ночью.
- Спасибо, - сказала Луис и пожелала ему спокойного дежурства.
Тот кивнул и присел на цоколь сбоку от трёх ступеней крыльца, сразу прислонившись к стене крыльца и закрыв глаза.
А Луис побежала к себе, по дороге обеспокоенно вспоминая, были ли сегодня у Дэниела сосредоточенные глаза.