Белая шелковая рубаха в золотых фазанчиках, и бархатный синий сарафан, и белые чулочки на ленточках, и туфельки без каблука, обитые синим бархатом, – все подарки феи очень пригодились Наде для возвращения на бал.
Свободно распущенные волосы, казалось бы, придали Наде новых сил.
А Серый Волчок, в сером мундире без украшений, был сам по себе – украшением бала!
Женщины перешептывались: если Элиза хоть чуточку понимает в мужской красоте, то ей лучше бы поменять всех своих бывших на строгого красавца Рэма!
Попаданка мило улыбалась статному напарнику. И пила вишневый ликер в перерывах между танцами.
Рэм заглатывал тарталетки, тщетно уговаривая Надю закусить – за компанию!
– За эту ночь – я сыта по горло! – весело восклицала прекрасная танцовщица.
Серый парень Сыска гордился юной магиней. Да, она такая, какой и должна быть настоящая фея! Иномирка Надежда – несломимая!
Рэм отгонял от барышни всех кавалеров, желающих сменить его. Парень сухо сообщал: он тут – по службе; Гаф-доф приказал не выпускать Элизу из надежных рук Сыска.
Служивого при исполнении на дуэль не вызовешь!
И кавалеры смирялись, выбирая себе для танцев дев и дам, менее привлекательных, чем Элиза Бью-Снеж...
Но кольтэ Мозли, вернувшийся в залу ближе к рассвету, решил настоять на своем...
– Живо уступите мне деву, Рэм! И охраняйте ее, стоя поодаль! – вынырнув из толпы, заявил ревнивец служивому. – Я приказываю!
– Приношу извинения, но в замке правят кольтэ Сэрлих, Офайна-долэ и Гаф-доф! – Серый Волчок зевнул, предъявляя крепкие белые зубы. – И лишь они властны повелевать тут, уважаемый кольтэ Мозли!
Лицо светлого юноши перекосилось бешенством.
– Музыканты! Прекратить играть! – заорал он на всю залу. – Я требую!
Толпа зашелестела надеждой на славную ссору.
Весьма пьяная Надя с улыбкой подумала: «Не только Сэрлих и няшка любят впадать во гнев!..»
Слегка пьяный Рэм с усмешкой подумал: «Не только Фай и Гаф-доф обожают упорно гнуть свое!..»
Музыканты продолжили вдохновенно наигрывать вальс. Похоже, они точно знали, кто сейчас – в числе хозяев замка. Впрочем, возможно, спьяну оркестр причислил к хозяевам и Ее Величество Музыку...
Кольтэ Мозли снял с левой ноги черную туфлю – и швырнул в живот серого захватчика милой девы.
Каблук бацнул по пряжке ремня. Серый Волчок угрожающе раздул ноздри.
– Сдайте мою деву другим охранникам! И ступайте во двор, негодяй! – взвыл кольтэ Мозли. – Я вызываю вас на бой, негодяй! На мечах!
Женщины восторженно заахали, мужчины одобрительно загудели.
– После бала! – мирным тоном отозвался Рэм. – Встретимся после бала, кольтэ Мозли! Почтительно приношу вам свои глубочайшие извинения, но моя обувь очень нужна мне для танца – лишь потому я и не швыряю ее в вас, любезный господин!
И Серый Волчок – с весьма серьезным видом! – увлек Надю в опьяняющее кружение очередного вальса...
Главы LXXIV - LXXV романа Е. А. Цибер "Имитация сказки"
LXXIV.
Наступил рассвет... Измотанные музыканты отправились завтракать и отсыпаться... А пьяные гости разбрелись по лабиринтам замка – искать уголки для сна. Или не только для сна...
А на душе у Нади еще звучали старинные вальсы!
Звуки кружились радужными огоньками. И запасное Я бормотало: «Раз – два – три, раз – два – три, раз – два – три...»
Со светлой усталой улыбкой – с улыбкой счастливой, но невыспавшейся царевны, – попаданка наблюдала за происходящим вокруг...
Охранники, приставленные Рэмом к девушке, сопровождали ее повсюду – молчаливыми серыми тенями.
Зрители, жаждущие увидеть поединок, занимали места у окон или, накинув теплые одежды, теснились на внешних лестницах замка.
Попаданка, у которой ныли от усталости мышцы ног, уселась на широком окне одной из комнат второго этажа. И, позевывая, уставилась во двор.
Серое утро становилось светлее-золотистее с каждым мигом. Мелкие, едва заметные снежинки изредка скользили мимо квадратного стекла...
Вот, потешный кольтэ Мозли петушится, оправляя яркие одежды и яростно выкрикивая что-то неразборчивое в сторону Серого Волчка. А тот задержался неподалеку – подле колодца, чтобы отдать какие-то распоряжения серым товарищам Сыска...
Вот, серьезный Рэм неспешно топает к сопернику, предостерегающе вертя над своей головой серебристый меч...
Идет волной восторженный вой болельщиков-мужчин...