О, бесподобное зрелище! Принц в белых подштанниках – он так и не успел одеться, ведь сперва вдохновение, потом Надя, а затем и колзы проявили в эту ночь внезапную стремительность! – так вот, принц в белых подштанниках с обнаженным торсом – а торс с кубиками, заметьте; не какой-нибудь рохля Надин-то Сэйри! – полуголый принц прыгал и вертелся – не хуже Дункана Маклауда! – и вонзал в багровые рожи-пузыри копье, азартно блестящее в лунном свете!
Обоюдоострое копье летало в крепких руках принца, отбивавшегося сразу от шести колзов!
Злобные существа бросались на парня, пытаясь проткнуть его ядовитыми усами. Но тот, изловчившись, всякий раз, когда ему грозило быть вот-вот проколотым, выскальзывал из-под прутьев-усов и тыкал в подлые рожи копьем! И они лопались, эти мерзкие багровые пузыри! Взрывались! Ура-а-а!..
Фу!.. Вонь стояла жуткая!.. Прямо-таки – беги отсюда, и промывай пазухи носа!..
Однако Надя терпела. Любую вонь можно стерпеть, видя победоносного героя на поле боя и раздуваясь восторгом: этот герой – мой!
Потеряв головы – в буквальном, разумеется, смысле, – колзы утрачивали ориентацию. Как безголовые куры некоторое время мечутся по двору, так и колзы, пошатываясь, пытались топтаться близ Мав-Го. Но вскоре, скрежеща панцирями, валились на спины и, скорбно поджав лапы, испускали последний пук.
Последний пук колзов был жутким! Бумкало так, что у Нади уши закладывало! И воняло – пуще прежнего!
А затем на месте предсмертно бумкнувшего колза оставался лишь пустой панцирь. Прочее колзовое достояние превращалось в кисель и вытекало на травку...
Победоносный герой, весь забрызганный колзовыми томатами, и по инерции яростный после боя, сперва наорал на Надю, мол, нечего девушке лезть в пекло сраженья! Затем, смягчившись от созерцания ее восторженной мордашки, уже поспокойнее пообещал: явись сюда еще хоть сотня колзов, Наде нечего опасаться, он, Ткэ-Сэйрос, мигом их размягчит – вон, как тех, что уже по травке размазаны! А совсем-совсем после, когда герой искупался в озерце, он добродушно сообщил Наде: зря, мол, перепугалась; особняк Мав-Го, он же, на данный момент – Малахитовый дворец, для колзов неприступен! Позабыла, красавица?..
Ох, и развопилась тут Надя!
Если дворец – неприступен, какого лешего принц нарывался и мутузил этих уродов! Они же могли его проткнуть! Отравить могли! Конкретно! Ядом!
И что тогда Наде делать?! Подыхать с горя?!
Редиска ты, а не супер-герой, Сэйри! Мозгов у тебя нет, гений придурошный!
Архитектор-боевик опешил.
Разве неясно, что доблестному воину лишняя тренировка – всегда на пользу?! А если в другой раз колзы будут рядом, а дворец – нет? Навык должен оттачиваться! А, кроме того... Неужели Надя-сель полагает, что настоящий воин засияет пятками, удирая от врага?!
Вид супер-героя – обиженный и усталый, – разжалобил Надю. Она простила Сэйри неоправданный риск, и уложила на меха, досматривать прерванные сны, хотя рассвет уже забрезжил розово-золотым...
Впрочем, выспаться герою-архитектору и скандалистке его сердца не удалось...
Не прошло и четверти часа, как в распахнутое окно спальной ворвался зычный зов:
– Сэйрос, эге-гей! Вываливайся!
Надя вскочила, ища глазами вещицу потяжелее, чтобы швырнуть ее со второго этажа на голову новому врагу.
– Дружище! С утречком! Отпирай свой хлев! – еще громче проорал некто.
– Ох, чтоб этим колзам и на том свете невесело жилось! – тоскливо простонал Надин возлюбленный, с трудом приподнимаясь. И внезапно бодро метнувшись к окну, завопил совершенно оптимистически:
– Я потрясен! Друг ненаглядный! Поверить невозможно! Ты жив и невредим! Хвала Синеве Окейсра!
– Понятное дело, хвала! – прогудело снизу в ответ.
Надя, уже понявшая, что нового боя не предвидится, свесилась в окно. Ткэ-Сэйросу даже пришлось вцепиться в ее ночную рубашку, чтобы любопытная не выпала наружу.
Задрав голову, подле дворца стоял здоровенный парень, едва ли старше архитектора. На вид тоже лет двадцати, в крайнем случае – двадцати трех.
Такой дюжий парень, пожалуй, мог бы одним ударом кулака свалить дикого кабана или вообще – набоксировать гризли! Надю здорово порадовал тот факт, что гость – друг, а не враг ее любимого. Ведь, хотя Сэйри – герой, однако с верзилой под окнами лучше не конфликтовать даже победителю колзов!
Архитектор быстро оделся в то, что под руку подвернулось: в черный камзол и желтые штаны. И, оставив Надю наряжаться как следует, умчался встречать гостя...