Постояв ещё немного, смотря в темноту, и почувствовав озноб, я направился к «Вовиному вагончику». По пути назад, проходя мимо парковки с грузовиками, я увидел, как миловидная девушка в очень коротком платьице курсировала между больших кабин и о чем-то беседовала с водителями. Тема разговора была мне ясна. Поэтому я решил подойти и узнать расценки. Недолго поговорив с ней, мы пришли к обоюдному согласию. Самое сложное, что теперь оставалось сделать, это довести её до нашего «Отеля», чтобы она не сбежала раньше времени, а потом представить ещё двух желающих, о которых я ей ничего пока не сказал.
От парковки до вагончика было примерно сто пятьдесят метров. Пока мы с ней ночью пробирались через груды металлолома, я всячески пытался шутить и развлекать свою попутчицу, наблюдая за тем, как она постепенно замедляет ход. В один момент метров за пятьдесят до вагончика она остановились, сказав, что дальше не пойдёт. Я уверил её, что переживать нет причин, сказал также, что вагончик принадлежит моему другу и в данный момент просто находится здесь на ремонте, а мы его охраняем. Милая француженка поверила и, преодолев страх, проделала ещё пятьдесят шагов.
Я открыл дверь и мы вошли внутрь. В вагончике царил полумрак. Вова Завхоз и Толик Нефартовый играли в карты, сидя за столом, на котором горела свеча. Увидев даму, они приподнялись, заулыбались и предложили ей присесть, указав на стул. Вова хотел с ходу что-то сказать, но не смог выразиться на чужом языке. В темноте, при тусклом свете одной свечи, получалась феерическая мизансцена одного «глухонемого», жестикулирующего руками и всячески пытающегося заговорить, и другого, рядом стоящего и улыбающегося во весь рот, низенького коренастого молодого человека, чем-то напоминающего гнома. Толик всё же поздоровался на французском и спросил «как дела», на этом его диалог закончился. Долго задерживаться в «холле» я не стал и сразу же провёл её в мои покои. Девушка сама по себе оказалась очень весёлой и лёгкой, как и подобает быть дамам её профессии. Она была не очень симпатичной, но и сказать, что была совсем не симпатичной, я тоже не могу: девушка около двадцати лет, с длинными русыми волосами, невысокого роста, стройна собой, с пышной грудью. Нос у неё, как мне показалось, был очень французский — не маленький и с горбинкой. Это непроизвольно вызывало у меня улыбку. Своё дело она знала хорошо, поэтому всё прошло превосходно. После того как мы с ней закончили, я сразу же направился в соседнюю комнату, неожиданно столкнувшись с Толиком в дверном проёме, который стоял уже там и нетерпеливо ждал своей очереди. Пока Толик «признавался ей в любви», я пошёл к Вове перекинуться в дурачка.