— Пойдёшь после Нефартового? — спросил я его.
— Сколько она берёт?
— 50 баксов.
— Нет! Не пойду, нет желания, — как всегда, ухмыльнулся Вова Завхоз.
— А зря! — улыбнулся я в ответ.
Через несколько минут подошёл Толик, весь расплывшийся в удовлетворённой улыбке, и сказал:
— Роберт, попроси её посидеть с нами ещё минут двадцать, мне бы хотелось ещё раз… Да, и скажи, что я ей заплачу, пусть не переживает.
Я дословно ей всё перевёл. Она любезно согласилась и, как мне показалось, даже сама была не против остаться и ещё немного подзаработать, но, посидев с нами минут десять и, видимо, послушав грубую (в понимании многих европейцев) мужскую русскую речь, к тому же Вова Завхоз, играя в карты, позволил себе несколько раз вскочить со стула в азарте и громко выругаться, она поменяла своё решение и сказала, что ей пора, встала и собралась уходить. Толик, услышав о таком решении, резко вскочил, схватил её за руку и попытался потащить за собой, но это оказалось не так просто, барышня упёрлась и стала оказывать сопротивление. В нём проснулась агрессия, его как подменили, он стал грубить ей и обзывать. Глаза налились кровью и злобой. Вова сидел и неприятно улыбался, ничего при этом не говоря и не предпринимая. Мне поведение Толика определённо не понравилось, я подошёл к нему и остановил, одёрнув за руку.
— Успокойся! — я крепко сжал его запястье.
В глазах у Толика горел звериный блеск. Мне показалось, что он себя не контролирует. Я ещё крепче сжал его руку.
— Что ты за эту шлюху впрягаешься?! — вскричал Толик Нефартовый, — пускай работает! Отрабатывает! Я же деньги плачу!
— Всё должно быть обоюдно, — сказал я ему спокойным, но уверенным и утвердительным тоном, — если она не хочет, значит есть тому причина. Я же не насильно её сюда приволок. Не так ли?! И никакого насилия при мне не будет. Это понятно?
Толик сделал глубокий вдох и, немного успокоившись, отпустил её руку.
— Понятно, — сказал он нехотя, опустив голову.
В это время девушка быстро выбежала из вагончика, хлопнув за собой дверью. Внутри у меня остался неприятный осадок после произошедшего. Я вышел на улицу и выкурил сигарету, смотря на местами звёздное тёмно-сиреневое небо.
В эту ночь в вагончике было немного теплее и уже без капель дождя на лице. И всё же, в очередной раз проснувшись от холода, я встал и подтянул старый изношенный ковер, лежавший рядом на полу, и прикрылся им, как одеялом. Следующий день, казалось, проходил без особых изменений: порт, прогулка по городу, парк. Мой рацион также желал лучшего. Желудок сводило от сухой пищи, безумно хотелось тёплого домашнего супа. Днём я зашёл в магазин и купил себе пачку лапши, залив её кипятком, получился какой-никакой бульон, ну, и лапша в придачу. Вечером Вова в очередной раз купил курицу гриль, но уже без виски за пазухой. После ужина мы пошли обратно в порт и, не обнаружив там нужной фуры, отправились в вагончик. С утра моросил дождь — и так до полудня — он то шёл, то переставал, поэтому всё это время мы провели в вагончике, играя в карты. После двенадцати развиднелось, вышло солнце. Вова предложил всем прогуляться. Мы пошли бродить по городу. Гуляя, я всё время поглядывал на часы, так как предполагал, что сегодня будет очередной паром в Ирландию, поэтому решил в одиночку попробовать пробраться на него. Вове я сказал об этом ещё утром — он отреагировал положительно. Поэтому пока они с Толиком располагались в парке, я тем временем поспешил к вагончику за вещами, предварительно взяв у Вовы ключ. Забросив сумку на плечо и оставив ключ под кирпичом возле двери вагончика, я направился к уже знакомому мне пирсу — код от калитки я уже знал. Паром увидел ещё издалека, что определённо вызвало во мне чувство удовлетворения, но всё же что-то меня тревожило. Одновременно с моим приближением к парому, к нему также приближался и автобус с пассажирами. Местность была очень открытая, и без малейшего сомнения, капитан, который уже вышел к трапу встречать направляющийся к нему поток людей, обозревал меня сверху, как на ладони. Издалека фигура капитана показалась мне знакомой. Подойдя ближе, я уже отчётливо мог его рассмотреть, а он меня, что в принципе мы и делали. В это время толпа уже изрядно выпивших туристов заходила на трап, а я стоял рядом и смотрел на пристально смотрящего на меня сверху капитана, который не обращал абсолютно никакого внимания на проходящую мимо него толпу людей, он определённо узнал меня, также, как и я его. «Нет! — подумал я, — заходить я не буду, и если в прошлый раз полицию он не вызвал, то в этот раз дело может закончиться не так гладко». Ведь чувство тревоги меня так и не покидало. Я покинул порт и, прогуляв ещё несколько часов по городу, уже ближе к вечеру вернулся в вагончик, где мы все и встретились.