Порой, сидя во дворе лагеря на лавочке и наблюдая за всем происходящим — будь то драма, комедия или трагедия, и это касалось не только последних событий, складывалось такое ощущение, будто бы я находился в амфитеатре и наблюдал за всем происходящим из зала, как зритель, не принимая в нём ни малейшего участия. Я сидел и думал: «Да! Жизнь наша подобна зрелищу и, конечно же, игре. Большинство играет неосознанно (танцуя под чужую дудку) и лишь единицы понимают, как нужно играть в этом театре под названием Жизнь!».
Глава 18. Дверь в «Индию»
В один зимний холодный вечер февраля я сидел в кабинке Пети Киевского и играл с ним в карты. Мы услышали, как открылась входная дверь, и в кабинку без стука зашёл Петин недавний знакомый индиец. Как его точно звали, я не знал, но все русские в лагере называли его Максим. Максим был выше среднего роста, спортивного телосложения, что в большинстве своём очень необычно для людей его нации. Одевался и выглядел он всегда аккуратно и опрятно, что также говорило о его принадлежности к высшей касте. Прославился Максим среди совков тем, что прекрасно говорил по-русски и любил изрядно выпить. Максим жил и учился шесть лет в Москве, оттуда у него и осталось это пристрастие к алкоголю и, соответственно, любовь к русскому языку. Самое интересное было то, что Максим большую часть времени проводил не среди своих соплеменников, а среди русскоязычных. И так как у всех он вызывал живой интерес и даже смех (в хорошем смысле этого слова), многие приглашали его на разные посиделки, вечеринки, где он всегда изрядно напивался, на халяву, естественно. Но в этот раз он зашёл к Пете по делу.
— Привет, пацаны! — начал Максим, — Петя, у меня к тебе дело. Ты говорил, что работал на стройке, делал внутренние работы, так?
— Да. Именно так, — ответил Петя Киевский, — а что надо сделать? У тебя в кабинке ремонт что ли? — съязвил он.
— Нет, не у меня. У моего знакомого — богатого индийца! Он хорошо заплатит.
— А у него что?
— У него дверь входная отвалилась, нужно её на место поставить. Возьмёшься? За работу он даёт сорок баксов, — сказал Максим, хотя на лице у него было написано, что на бутылку виски он уже выпросил у своего друга наперёд, теперь ему нужна была дешёвая рабочая сила.
Такой вывод сделать было не сложно. Так как я не раз видел Максима в кругу наших старших товарищей, которые уж точно были мастера своего дела и за предлагаемую им сейчас работу, во-первых, взяли бы в два раза больше, а во-вторых, сделали бы её в два раза быстрей и качественней. Но нет, он почему-то пришёл к Пете — конечно же, с целью сэкономить.
Петя без раздумья согласился.
— Роби, хочешь половину, пошли со мной, там работенка вообще не пыльная, за два часа управимся, гарантирую. Будешь просто стоять и ничего не делать, я сам всё сделаю.
— Ты сам ставил когда-нибудь эти двери? — спросил я его.
— И да, и нет… Мой напарник ставил, а я ему помогал.
— Максим, дверь только на петли повесить или замки тоже нужно будет врезать? — спросил я его.
Так как уже видел, как в лагере меняли двери и что работу эту нужно определённо знать, это не покраска стены.
— Я не знаю, пошли быстрее, там всё узнаете, он ждёт, скоро ночь, — торопливо говорил Максим.