— Вроде бы непыльная работёнка, — сказал я.
— Нет, совсем нет. Тем более что мы в шестером, думаю, быстро справимся, — уверенно говорил Сергей К.
— Хорошо. Ждите, сейчас подойду.
Уже начинало вечереть, но ребят, стоящих на канале, я увидел издалека. Пакистанец подъехал очень скоро после того, как я подошёл. Он был чуть выше среднего роста, коренастый мужчина лет тридцати пяти, по-европейски одетый, на вид весельчак, улыбка не сходила с его лица. Я уже знал, что таким доверять не стоит, поэтому сказал ребятам, что деньги за работу нужно брать вперёд. Подъехав к магазину, прям перед входом мы попросили его с нами рассчитаться. Пакистанец окинул нас взглядом, широко улыбаясь, засунул руку в карман и вытащил оттуда толстую пачку купюр. После того, как он отсчитал каждому оговоренную сумму, мы последовали за ним в магазин. Это был довольно большой двухэтажный магазин. Пройдя через ряды одежды в другой конец и спустившись за ним вниз по железной лестнице, мы очутились в подвальном бетонном помещении без окон и вентиляции. На полу лежала огромная куча вещей, сбоку стояли невысокие железные перекладины, на которых висели пустые вешалки. Пакистанец нам объяснил, что все вещи нужно распределить на летние и весенне-осенние, а также зимние, развесив их на вешалки и на разные перекладины, а также не миксовать цвета, тёмные к тёмным, светлые и цветные, соответственно, к таким же. Сказал, что как только мы всё сделаем, можем смело идти домой. Посмотрев на всё это, прикинув, я подумал, что за три, максимум четыре часа мы управимся. На часах было около девяти вечера.
Пакистанец поднялся наверх, походил там минут десять, а потом, выключив везде свет, ушёл, оставив нам в подвале лишь тускло горящую лампу.
— Да… ну и скупердяй же этот паки, — недовольно сказал Андрей, — мог бы хоть свет нормальный сюда провести, а то будем сейчас как кроты здесь копаться.
— Ладно, пойдем наверх перекурим, — предложил Сергей К, — а потом за дело.
Мы поднялись наверх, подошли к двери, она оказалась закрыта снаружи. Дверь была стеклянная, как и вся витрина, разбить её не составило бы нам труда, но мы решили, что раз уж нам заплатили, работу нужно сделать, а потом найдём, как отсюда выбраться. Мы вшестером сели возле витрины, смотря сквозь неё на ночную, слабо освещённую улицу, и закурили, сбивая пепел в кружку, которую Олег взял со стола продавца, высыпав предварительно из неё ручки и карандаши на стол. Докурив, мы спустились вниз и принялись за дело. При тусклом свете, в закрытом, да ещё подвальном помещении, без достаточного кислорода, в духоте, обливаясь потом и практически на ощупь мы перебирали и развешивали эти вещи. Смеялись, шутили, на перекур больше не поднимались, желая закончить побыстрей. Как мы ни старались, но закончить начатое мы смогли только к 6-ти утра. Ровно в шесть открылась входная дверь, зазвенел колокольчик, и пакистанец стоял уже внизу и принимал работу. Он прекрасно знал объём работы, какое количество человек её сможет сделать и за какое время. Плюс-минус час, но скорее плюс, чем минус, так как мы, как говорится, трудились не покладая рук. Олег при своём «рвении» к работе больше ковырялся в вещах, меряя то одно, то другое (в основном это были женские вещи), смеша нас до слёз. Я вешал всё подряд, не перебирая, Андрюха всё время юморил, матюкая пакистанца и также копаясь в вещах, вешая их без разбора, а вот его брат Сергей вместе с Юджином и Сергеем К уже делали работу как положено — скрупулезно и быстро, — поэтому мы и успели к шести часам утра.
На улице уже светало, было тихое свежее утро. Мы вылезли из подвала и вышли из магазина, прищуривая глаза от яркого дневного света, вдохнули свежий утренний воздух и, дружно закурив, пошли домой отсыпаться. Примерно через десять дней ребята нашли себе жильё и, оставив мне часть суммы за квартиру, переехали. Но мы всё также продолжали видеться и проводить свободное время вместе.
Глава 24. Антикварная лавка
Прогуливаясь как-то вдоль улицы Rue du Lombard, я зашёл в антикварную лавку, в которой была уйма всякого подержанного старья и барахла. Только местами, как мне казалось, под стеклом, лежали стоящие антикварные предметы. Хозяина этой лавки звали Виктор. Он был русским, высокого роста, крупного телосложения, лет семидесяти, седой, немного сутулый, с огромными, как кувалды, кулаками и хитрым опытно-пронизывающим насквозь взглядом. Он всегда носил один и тот же твидовый пиджак с кожаными потёртыми заплатками на локтях. Каждый раз, когда я заходил, чтобы поковыряться в барахле, его никогда не было на месте. Он закрывался в своей каморке и сидел там днями, изредка выходя, когда кто-то из посетителей и в самом деле собирался что-то приобрести или когда его «постояльцы» приносили ему ворованные вещи. Он всё мониторил из своей каморки. Заходил я в последнее время довольно часто, так как жил практически напротив магазина. Также и в этот раз, его опять не было на месте, но он всегда знал, что кто-то в лавке, так как звонкий колокольчик, висевший на двери, уже оповестил его об очередном посетителе или ротозее. Виктора, наверное, знали все эмигранты, беженцы и нелегалы, проживающие в Брюсселе. Он был не против поживиться свеже-украденными вещами, которые всегда выторговывал за копейки, в основном у наркоманов, которым деньги нужны всегда и желательно побыстрей, а сумма уже не играла для них особого значения.