— Это не души, — почти автоматически возразил Август. — Это будут информационные конструкты, копии личности, основанные на квантовом картировании нейронных связей. Не стоит мистифицировать науку.
— Конечно, — Кроу кивнул с легкой улыбкой. — Я просто использую язык, привычный большинству людей. В конце концов, что такое душа, как не уникальная информационная структура, созданная опытом и воспоминаниями конкретного человека? Но я не буду спорить о терминологии. Важно то, что ваш проект может стать величайшим гуманитарным достижением в истории. Представьте мир, где смерть — не конец, а просто… переход в другую форму существования.
Август молчал, глядя на город внизу. Люди казались с этой высоты крошечными, хрупкими. Все они — миллионы, миллиарды — обречены на исчезновение. Если существует даже малейший шанс изменить это…
— Послушайте, — Кроу встал и подошел к интерактивной стене. — Позвольте показать вам кое-что.
Он провел рукой по невидимой панели, и на стене возникли трехмерные проекции — схемы, диаграммы, чертежи.
— Проект «Исток», — сказал он. — Моя частная исследовательская инициатива. Уже два года мы разрабатываем компоненты, которые могут стать основой для вашей технологии.
Август подошел ближе, с профессиональным интересом изучая проекции. Он увидел схемы квантовых процессоров нового поколения, прототипы нейроинтерфейсов с разрешением на уровне отдельных нейронов, наброски архитектуры виртуальных сред с беспрецедентной детализацией.
— Это… впечатляет, — признал он, листая проекции жестом руки. — Но все еще недостаточно для полноценного картирования и воссоздания человеческого сознания. Здесь не хватает алгоритмической основы, теоретической модели передачи квантовых состояний нейронов в…
— Именно поэтому мне нужны вы, доктор Вайс, — перебил его Кроу. — У меня есть ресурсы, инфраструктура и предварительные исследования. У вас — теоретическая основа и, что более важно, настоящая мотивация. — Он сделал паузу. — Ирэн.
Имя жены, произнесенное Кроу, словно ударило Августа. Он повернулся, сузив глаза.
— Не используйте её имя как инструмент манипуляции, мистер Кроу.
— Феликс, — мягко поправил тот. — И я не манипулирую. Я просто называю вещи своими именами. Ваша жена — ваша мотивация. И это прекрасно. Великие прорывы всегда питаются личными страстями.
Он выключил проекции и вернулся к своему креслу.
— У вас есть выбор, доктор Вайс. Вы можете продолжать свои исследования в академической среде — медленно, с ограниченными ресурсами, постоянно сталкиваясь с бюрократическими барьерами. Возможно, через десять или пятнадцать лет вы добьетесь некоторого прогресса. — Он сделал паузу. — Или вы можете присоединиться ко мне, получить неограниченный доступ к ресурсам, лучшим умам и передовым технологиям. И, возможно, через год или два вы создадите работающий прототип.
— Год или два? — Август не смог скрыть скептицизм. — Это нереалистично даже с вашими ресурсами.
— Возможно, — согласился Кроу. — Но что если я скажу вам, что у нас уже есть определенный… прогресс?
Он достал из кармана небольшое устройство, похожее на кристалл кварца, заключенный в металлическую оправу. Нажав на скрытую кнопку, он активировал голографический дисплей, парящий над устройством.
— Знакомьтесь, доктор Вайс. Проект «Эхо» — прототип цифровой личности.
Голографическое изображение показывало трехмерную модель нейронной сети, пульсирующую и меняющуюся, как живой организм. Разноцветные потоки данных циркулировали по этой сети, создавая сложный, постоянно эволюционирующий паттерн.
— Это не просто симуляция, — пояснил Кроу. — Это реальная цифровая конструкция, созданная на основе сканирования мозга добровольца. Не полноценная личность, конечно. Скорее… эхо. Фрагмент. Но он обладает базовым самосознанием и способностью к обучению.
Август смотрел на голограмму, не в силах скрыть изумление. То, что показывал ему Кроу, значительно опережало любые публично известные разработки в области цифрового сознания.
— Могу я… поговорить с ним? — спросил Август.
— С ней, — поправил Кроу. — Это фрагмент сознания доктора Элары Рейн, нашего бывшего нейробиолога. И, к сожалению, вербальная коммуникация все ещё вызывает затруднения. «Эхо» общается преимущественно через визуальные и эмоциональные паттерны.
Он поднес кристалл ближе к Августу.
— Но она может чувствовать ваше присутствие. Просто поднесите руку к голограмме.