— Я, Сириус Орион Блэк, клянусь изменить свою жизнь… измениться, клянусь сделать все, чтобы данное мне пророчество не исполнилось, и да поможет мне эта клятва! И да поможет это той, что изрекла мое пророчество, — закончил он тихо, но уверенно.
Она смотрела на него во все глаза. Неужели? Что он вообще говорит? Перед мысленным взором снова начали вставать одни образы за другими… Эти почему-то были лучше.
— Прими. Прими, пожалуйста. Сивилла…
— Я, Сивилла Эда Трелони, принимаю клятву Сириуса Ориона Блэка, и да пусть она… поможет ему, — она вздохнула. — И зачем это тебе?
— Не знаю. Просто так будет правильно.
— Ну, будем надеяться, что собачье чутье не подведет, — подмигнула Трелони.
Потрясающая девушка. Никаких соплей, никакой патетики, никакой… вообще ничего, свойственного любым девушкам, которых он знал.
— Ты и очки носишь, чтобы… не видеть?
— Поздравляю, начинаешь соображать, — оторвалась она от книги, из которой что-то выписывала себе на пергамент.
— А где твои родные? Семья? Они в Лондоне живут?
— Почему обязательно в Лондоне? В Уэльсе. Нет, я с ними не общаюсь и не собираюсь тебе ничего объяснять. Дай уже поработать.
Она склонилась над столом, и Сириус подсел рядом, глядя, как ее удивительно ровный, немного резкий почерк ложится аккуратными строчками.
— Что это?
— План урока. Мне с этим здорово Северус помог. Я ж все это время не уроки вела, а как котенок по углам тыкалась, детей чаем поила и заставляла всякую ерунду сочинять. Лишь бы занять время. А он…
— Снейп?!
— Чему ты удивляешься? Знаешь, я его люблю.
Сириус поперхнулся воздухом. Где-то в памяти было что-то, связанное со Снейпом, что-то не плохое, вроде даже полезное, но…
— За что его любить?! Он… — увидев ее глаза, он поперхнулся заготовленной тирадой и замолчал.
— Он единственный, кто всегда спрашивал только с себя, — Трелони смотрела немного в сторону, грустно улыбаясь каким-то своим воспоминаниям. — Он был зол, несчастен, он ненавидел, но… он всегда начинал с себя. И меня никогда не жалел. Просто взял и помог, когда это было нужно.
— Снейп, значит…
— Сириус, ты все еще не понял? Я. Не. Женщина. Если я люблю… это значит, я буду стараться не смотреть этому человеку в глаза. И это все. Слушай, может, мне сходить к нему за оборотным, собакой ты был куда спокойнее!
— Не уходи… Давай я просто обернусь. Ты же не испугаешься больше?
— Хорошо, давай.
Ирландский волкодав устроился возле камина и смиренно положил голову на лапы.
«Может быть, мой пес умней меня, — думал Сириус. — По крайней мере, он точно еще никого не подводил. И Гарри нравилось с ним играть. Со мной… Я же был хорошим псом?»
— И все-таки бульдог в этом помещении был бы… — Сивилла замялась. Уместнее? Компактнее? Незаметнее? Как сказать-то? В ее комнате любая собака смотрелась достаточно дико. — Я все-таки схожу за оборотным. На всякий случай.
Пес грустно вздохнул и в знак согласия стукнул хвостом по ковру.
Утром едва ли не весь факультет сочувствовал Гарри Поттеру, прошлой ночью мужественно выручившему свою школьную сумку из лап самого зловредного преподавателя и, естественно, попавшемуся и огребшему в соответствии с данным поступком. Недовольной выглядела только Гермиона, как ей и полагалось, но Гарри все же подошел к ней поближе — уж слишком выразительно она хмурилась.
— Не переигрывай, — шепнула она. — Вон, Уизли уже планируют, как напакостить профессору.
— Черт, — озадачился Гарри, но моментально нашел выход. — Тогда я возьму это на себя!
И до самого начала занятий о чем-то шептался с близнецами и довольным, как удав, Роном.
После уроков Гарри едва дождался назначенного времени и радостно помчался в подземелья. Вот только не подумал о возможной встрече с кем-нибудь из слизеринцев. Например, с Малфоем, на которого второпях едва не налетел, вывернув из-за угла.
— Ты куда это, Поттер?
— На отработку тороплюсь, Малфой! — хлопнул его по плечу «мальчик-который» и рванул к кабинету его декана.
Драко несколько минут постоял в коридоре: информация в голове не укладывалась. Поттер, летящий на отработку к Снейпу едва ли не вприпрыжку и с такой подозрительно довольной миной…
«Да он же что-то задумал! — догадался Драко. — Уизли с ним шептались на завтраке, точно! Надо срочно предупредить!» И рванул следом.
А поскольку в рабочее время кабинет декана был открыт для всех слизеринцев, влетел он без стука. И замер, глядя на мирно беседующих над каким-то пергаментом Снейпа и Поттера. Способность говорить вернулась не сразу, чем, конечно же, воспользовался профессор.
— Малфой, есть один вопрос, так что даже хорошо, что вы так вовремя зашли. Как ваши родители относятся к собакам? Надеюсь, это не является фамильным секретом?
Поттер в это время что-то шептал над пергаментом, но надо было отвечать, так что расслышать ничего, увы, не удалось.
— Э-э… Если вы соблаговолите объяснить, для чего вам нужна эта информация, то готов вам ее предоставить, — Драко держался изо всех сил.
Если он расскажет, ему за это хоть что-нибудь объяснят?
— Ладно, если вы намерены торговаться, спрошу вашего отца, — Снейп был непрошибаем. Впрочем, как всегда.
— У нас есть борзые, — решил «расколоться» Драко. — Я слышал, что папа иногда берет их на какую-то странную охоту… Но это не в маноре, псарня у нас возле охотничьего домика.
«В конце концов, само наличие сговора этих двоих уже можно считать эксклюзивной информацией. Да это же бомба! Что-то до меня сегодня медленно доходит…» — Малфой зевнул один раз, другой…
Он уже не почувствовал, как его подхватили разом четыре руки и просто, по-маггловски, оттащили на диван.
— Это был невербальный Сомнус, да, профессор?
— Если точнее, Somnus cito minima.
— Научите?
— Гарри, об этом потом. Он минут пять проспит, не дольше. Что предлагаете делать?
Поттер вздохнул. Понятно, что учитель подкинул ему очередную задачку, но решать ее, особенно при мирно посапывающем в соседнем кресле «главном объекте» оказалось не так-то просто. К Драко он уже относился как к своему. Противнику, но — своему.
— Изъять воспоминание было бы надежней всего, но это оставит след, а значит, наведет на вас. Вам конфликты с Малфоями не нужны.
— Абсолютно. Дальше, Гарри.
— Тогда придется как-то его… присоединять? А! Есть идея! Блэк — якобы пожиратель, Малфой вроде как тоже, да? Значит, он может помочь Сириусу, считая его «своим».
— Не забывайте, что он кузен его супруги. Лорда Малфоя подкаблучником, конечно, уж никак не назовешь, но к жене он обычно прислушивается. И он собирался через пару дней по каким-то делам на континент.
— Правда? Так вы его имели в виду? Эх, надо будет как-то разобраться со всеми этим родственными отношениями. Как мало времени!
— Полагаю, вы узнаете много любопытного, Гарри. Но Малфой у нас не единственный вариант, помните об этом.
— Значит, Драко можно заслать в собственную семью, чтобы он выяснил отношение родителей к Блэку. Он будет считать себя посвященным в тайну… А я, получается, тогда на стороне Пожирателей?!
— Зачем? Вы просто на стороне своего крестного. У вас ведь больше никого нет. И не забудьте сделать большие и грустные глаза, только не перестарайтесь. Да, вот так, — Снейп улыбнулся краешком губ, глядя на рожицу Гарри. — Ну что, задача ясна?
Снейп сунул Малфою в руку небольшую статуэтку, выразительно глядя на Гарри, и отвернулся, бросив:
— Я к директору, — и только дверь хлопнула.
— А?.. — Гарри сглотнул. Его впервые оставили самостоятельно разбираться с ситуацией. Это было волнительно, ведь профессор доверился ему! Он еще раз внимательно посмотрел на Малфоя, на небольшую бронзовую фигурку грифона и улыбнулся.
— Фините инкантатем, — махнул он палочкой в сторону Драко и быстро спрятал ее в карман.
Тот открыл глаза и недоуменно осмотрелся.
— А где профессор? А как?..