Конечно, Гарри не удержался и задал этот вопрос Снейпу во время очередной отработки. И получил в ответ, что не стоит считать себя пупом Земли и центром Вселенной, даже если ты «Тот-самый-мальчик-который-выжил».
А потом зашел разговор про Уизли, руны и все с этим связанное. Слова профессора Бабблинг про контракт Снейп подтвердил. Гарри только успел набрать воздуха, чтобы все высказать…
— А директор тоже подписывает такой договор? — поинтересовалась Гермиона. — И с кем?
— Директор, насколько я наслышан, приносит особую клятву…
— То есть он тоже не может вредить ученикам? Интересно… Получается, он тут вообще ни при чем? Тогда кто?!
— Ну, во-первых, клятва касается только учеников, только территории самого замка и окрестностей, но насчет последних, кстати, я не уверен.
— То есть оставить младенца на крыльце у родственников в конце октября…
— Подождите-подождите! — прервал их Гарри, уже жалея, что посвятил подругу слишком во многое. — Получается, что кровная защита моей мамы тут ни при чем?
— Это ты о чем, Гарри?
Пришлось сливать воспоминания о визите директора в Больничное крыло в конце первого курса. Вынырнув из думосбора, Снейп недовольно зашипел себе под нос что-то подозрительно похожее на выражения, вырвавшиеся у него при первом совместном посещении Мунго, Гермиона же глубоко задумалась.
— Черт-те что… Гарри, кровная магия — раздел Темной. Мне напомнить тебе, как относилась к Темной магии твоя мать?
— Значит, Квиррелла сожгла его собственная клятва и магия Хогвартса?
— Я в этом уверен.
— Но зачем тогда директор мне эти сказки рассказывал?!
— То, что творится в голове у нашего Верховного Чародея, — Снейп скривился, словно откусил лимон, — недоступно обычному разуму. И мой опыт работы подсказывает, что строить догадки совершенно бесперспективно.
— Ругаться хочется. Страшно, — сердито и серьезно прошептала Гермиона, отчего Гарри улыбнулся и даже Снейп немного расслабился.
— Может, не надо, мисс Грейнджер? Вдруг вы скажете что-то, чего наши уши не перенесут?
Ребята рассмеялись.
— Благодарю за комплимент, но вряд ли мои скромные познания в обсценной лексике смогут испортить вас, сэр…
— О, — Снейп наконец рассмеялся. — Мисс Грейнджер, не стоит вам копировать меня. Хоть и получилось довольно удачно, все же сарказм не к лицу такой юной и симпатичной ведьме.
— Вот как у вас так получается? Я чуть книксен не сделала! — возмутилась Гермиона, покраснев от смущения.
Ей ужасно хотелось спросить, чем именно она так симпатична…
Как бы поправдоподобней запороть еще какое-нибудь зелье, чтобы снова нарваться на отработку?
А Гарри просто млел. Наконец-то его подруга и любимый наставник окончательно нашли общий язык!
Ранним субботним утром на улицах Хогсмида не было никого, кроме довольно странной компании: плотной, крупной мужеподобной женщины с большой собачьей переноской, стройной девушки в чуднОй даже для волшебников одежде и мужчины в наглухо застегнутом черном то ли пальто, то ли плаще.
Мужчина в черном что-то быстро и, кажется, немного сердито диктовал крупной даме, а после того, как та закончила записывать, передал ей небольшой саквояж. Девушка же протянула даме поводок, на котором сидел молодой и тощий английский бульдог, опасливо косящийся на клетку-переноску.
Залезать туда пес явно не хотел: он обернулся к девушке с мужчиной и почти по-человечески вздохнул, а потом вильнул хвостом и лизнул… воздух, который прошелся по его спине, чуть пригладив шерсть.
Мужчина нагнулся и что-то сказал собаке, после чего пес, вздохнув еще раз, зашел в клетку и начал обустраиваться в ней. Потоптавшись и несколько раз покружив на подстилке, он улегся с такой философской мордой, что женщины улыбнулись. А потом вся компания дружно повернула за угол дома и… исчезла. Впрочем, если бы за этим кто-то и наблюдал, то ничего особенного не нашел бы: аппарация в деревеньке магов была в порядке вещей.
*
Марджори Дурсль, узнав, что от ее брата сбежал-таки тот самый молоденький бульдожек, которым они обзавелись прошедшим летом, не мешкала ни секунды.
«А вот надо было собачкой заниматься серьезно или отдать это дело профессионалам! Хотя бы посоветоваться со мной могли!» — фыркала про себя Мардж, собирая переноску, воду, подстилочку, салфетки и собачьи лакомства. На отличного породистого кобелька она с первого взгляда заимела совершенно определенные надежды, так что ругать брата и золовку за недосмотр не стала. Ей же на руку.
Чтобы заполучить этого пса в свои ручки, мадам Дурсль была готова не только встать в половине шестого утра, выпить какую-то мерзкую микстуру, которую принес учитель ее племянника, предложивший ей отправиться с ним в магическую деревню. Да хоть к черту на рога! Мардж была готова хоть на метле лететь, она так и сказала! И почему на нее так странно посмотрели, а мистер Снейп даже закашлялся?
Ее не огорчало даже то, что ее укачало в треклятом такси. Хоть и странно это было: ехали-ехали, а плохо стало, когда они вышли непонятно зачем на каком-то пустыре. Неужели нельзя было подъехать поближе? Правда, высказать это Снейпу сразу она не могла: опасалась, что вместо комментария из ее рта выйдет завтрак. Бледно-зелененький водитель тоже молчал, видимо, и ему стало худо. Как они назад-то поедут?
Хотя спасибо все же этому Снейпу, руку подал, как джентльмен, переноску донести помог. Она бы и сама справилась, если бы не чувствовала себя действительно странно: мысли путались, подташнивало и голова гудела, словно после… гудела, в общем.
«Деревенька средневековая какая-то. Наверное, кино снимают», — Мардж скользнула взглядом по окрестностям, но высматривать детали и интересоваться подробностями не стала. Плевать ей на кино и на магию, песика надо срочно приводить в порядок, он такой худой!
Молодец Снейп, лекарство приготовил какое-то особенное, о да, она обязательно будет его давать — ведь еще летом она успела попробовать его зелье фертильности на одной из своих сук, после полученной травмы считавшейся безнадежно бесплодной. Этого профессора есть за что уважать. Да-да, она будет действовать в точности как он говорит.
Снимая с короткой крепенькой шеи поводок-удавку, Марджори нахмурилась и хотела уже объяснить близорукой дамочке, как надо правильно обращаться с такими собаками, да только та первая забормотала что-то непонятное, но приятное: про славу и медали. Ну… это она правильно.
Мадам Дурсль покровительственно похлопала по тощенькому плечику и вздохнула: что взять с непрофессионалов? В медалях она была уверена. Как минимум в трех: по возрасту они успевали и в юниоры, и в открытый класс. А дальше видно будет, но испортить собачку она теперь никому не даст!
Умнички у нее племянники. Жалко, оба учатся, да ничего, вот приедут на каникулы, она устроит им всем встречу с новым чемпионом породы! И на летние выставки можно будет вместе съездить.
Документы она чудному песику уже выправила… Теперь его полное имя — Чарльз Альфред Бестер Белая Жемчужина — по названию ее собственного питомника, а как же! И представлял он собой якобы уникальнейший результат инбридинга ее же лучших производителей. Осталось сделать его победителем, чтобы уже все было, как полагается. А почему бы нет, с такими-то данными кобелька да с ее, Мардж, личным опытным хендлером?
Мардж уже представляла очередь на щенков от заявленной родителями Чарлика пары. А стати действительно соответствовали — по костяку так точно вылитый Злыдень. Кстати, приучать ли его к новому имени? Кажется, Дурсли звали его Блэком: потрясающая кличка для белого бульдога, отменная фантазия, что ни говори…
На выставки она его, само собой, уже записала. И даже внесла взнос за первую. До лета они минимум три сертификата соберут, хоть и придется немного попутешествовать, на континент уж точно. Главное — выехать заранее, песику нужно будет привыкнуть, успокоиться… Они должны успеть на все выставки, уж она сделает из него Международного чемпиона!