— Ну конечно же! Вот вы меня всегда прекрасно понимаете, Альбус. Давайте еще по маленькой?
Филиус Флитвик давно уже ходил к директору с эксклюзивной гоблинской настойкой. Отказаться от такой редкости не мог никто: считанные единицы магов имели шанс попробовать этот напиток. А заодно он был избавлен от необходимости пить директорский чай. Собственно, профессор Чар проделывал этот фокус уже не с первым директором… Правда, для Альбуса приходилось немного подслащивать, но в целом это напиток не особо портило, всего лишь превращая настойку в ликер.
В результате директор отправил домовика за Снейпом, будучи уже в весьма благодушном настроении. Почуяв хорошо известный ему запашок, зельевар позволил себе немного расслабиться и на удивление быстро поддаться уговорам. Он был очень благодарен Учителю за «проведенную подготовку»: ломаться перед директором в очередной раз совсем не хотелось. А уж когда тот так быстро и легко согласился на его условия, Снейп и вовсе начал считать этот день довольно удачным.
Рональд Уизли, выпросивший у друга мантию-невидимку, мирно стоял под дверью в роли испытателя первой версии Удлинителя Ушей работы своих братцев. Он был ужасно доволен, что близнецы оценили его идею и включились в наблюдение за «псевдо-директором», а уж их изобретение и вовсе заставляло его гордиться тем, что они его братья. Правда, шумы… но они же еще поработают над этим, правда?
Рон достал из уха что-то продолговатое и потряс головой. Некоторые шумы оказались весьма неприятными, проникая, казалось, в самый мозг. Но мальчишка мужественно воткнул артефакт обратно. Если слежка требует жертв, он на них готов! В конце концов, если он спасет Дамблдора… В воображении ему уже вручали Орден Мерлина, играл оркестр... А еще, наверное, и премию дадут…
Его мечты были резко остановлены знакомым голосом. Рон насторожился и прислушался.
Видимо, Снейп стоял ближе к двери, потому что его реплики были куда слышнее, и Рон постарался запомнить их все. И теперь он точно знал: эти двое в сговоре!
— Да нет, я не против, но… А СОВ и ЖАБА они как будут сдавать, вы подумали? Ах, Слизнорт…
Что ответил Дамблдор, снова было не разобрать.
— Да ради Мерлина, пусть берет всех, я буду рад. И зелья для больничного крыла пусть варит. Тогда, если будут желающие на консультирование для ЖАБА и СОВ, я их возьму. Подготовка по зельям для старшекурсников должна быть…
Дальше в ушах начались какие-то шорохи, полностью поглотившие звук и вызвавшие неприятные ощущения в зубах.
— Отлично, Северус, — вдруг раздался четкий и ясный голос директора. — Мы договорились.
Дверь распахнулась, едва не впечатав Уизли в стенку, тот едва успел поместиться в дальнем углу площадки перед входом в директорские покои так, чтобы дверью его не задело.
Дамблдор осмотрелся.
— Северус, ты ничего не слышал?
— Нет, сэр, — Снейп вышел и начал медленно спускаться по лестнице, а потом обернулся. — Но лаборатория мне будет нужна, сами понимаете. И я не хотел бы что-то менять в своей старой, она меня полностью устраивает.
— Конечно, я велю оборудовать для Горация пару классов на третьем этаже. Доброго вечера, Северус.
Снейп спокойно миновал горгулью и вышел в коридор, а Рон осторожно перевел дух. Когда же директор или кто там его изображал — достоверно-то как! — наконец захлопнул дверь, младший Уизли буквально скатился с лестницы и рванул в родную башню. Там его давно ждали.
— Снейп в сговоре с тем, кто косит под директора! Я уверен, что в лаборатории, о которой они говорили, он варит ему какое-то особенное оборотное! — выпалил Рон.
— А теперь давай помедленней, поточней и с самого начала, — предложил Фред.
— Как сработали «Уши»? — осведомился Джордж.
— Успокойся уже, Рон. Что случилось-то? — поинтересовалась Джинни.
— Да меня чуть не замели! Этот, который якобы директор, меня едва дверью в стенку не впечатал.
— Но не поймал?
— Нет, я в угол залез.
— Нет, давай все-таки по порядку. Вот ты подошел к горгулье…
И Рон наконец принялся рассказывать.
Близнецы Уизли и Джинни внимали. Может быть, если бы Рон немного менее рьяно вставлял свои домыслы и чуть больше уделял внимания работе экспериментального артефакта, это оказалось бы полезнее, но… Он пока еще не совсем освободился от влияния рун, а потому его хоть и не несло, как раньше, но все же частенько заносило.
Близнецам пришлось попотеть, чтобы отделить нужную информацию от ненужной и от вороха эмоций, безусловно, интересных, но прямо к делу все же не относящихся.
Гарри с Гермионой пришли ближе к окончанию повествования. Рон посмотрел на них несчастными глазами и повторять отказался — близнецы и так его уже замучили расспросами. Так что излагать все пришлось самим «мучителям», зато получилось здорово: коротко и по существу.
Гермиона сразу же предположила, что дело нечисто и директор, скорее всего, «Уши» засек, иначе для чего бы ему было вообще идти и открывать дверь самому?
Разгорелся спор, во время которого Гарри отвлекся: к нему пришла одна неожиданная мысль, которую он захотел обсудить с подругой. Увы, та уже слишком вошла в раж, спор продолжался, и Гарри решил отложить разговор до завтра.
Зато он подумает, как лучше подать ей эту информацию… как бы это сделал он, если бы был настоящим слизеринцем. Он вообще в последнее время немного увлекся тем, что представлял, как бы он реагировал на разные ситуации, будучи учеником каждого из факультетов по очереди. А всего-то Снейп недавно предложил ему поставить себя на место Драко! Оказалось, это очень интересно.
На следующий день после занятий Гарри потащил подругу прогуляться.
— Мы разве не в библиотеку?
Вместо ответа он приложил палец к губам, и Гермиона терпеливо молчала, пока они не оказались в самой дальней галерее.
— Так вот зачем ты попросил меня потеплей одеться! Мы надолго? А то еще кучу заданий надо переделать и к профессору Флитвику успеть.
— Я об этом помню, — Гарри изобразил (как он считал) философское лицо и устроился на камне, уже чуточку нагретом февральским солнцем.
Подруга пристроилась рядом.
— Ну?..
— Вон, — он махнул рукой.
Вдали летали знакомые противные черные фигуры. Гермиона поморщилась. Прежнего ужаса у нее они уже не вызывали, но все равно приятного было мало. Если честно, то вообще не было.
— И что?
— Да я тут подумал… Они такие оборванные. Интересно, дементорам вообще за работу платят?
Гермиона округлила глаза.
— Гарри! Я ведь думала о… почти о таком же! Только я про эльфов, ну, домовики которые. Они же, оказывается, работают даром! Представляешь, и готовят, и убирают, и…
— Ты домовиков сколько раз видела? — перебил Гарри.
— Ну… раз десять, наверное. У профессора Флитвика, у профессора Снейпа, пару раз в гостиной Когтеврана…
— И как, тебе кто-то из них показался несчастным?
— Э… А что, дементор тебе показался несчастным? Может, тот, в поезде?
— Кто-то из домовиков ходит в рванье? — гнул свою линию Поттер.
— Они в наволочках и полотенцах, Гарри! Это ужасно!
— В чистых, довольно новых и ничуть не рваных, так?
— Ну… так. Думаешь?..
— Уверен, это надолго отвлечет внимание от моего дома, моего счета и моего ученичества!
— О… Это да… Вообще интересно. Ты сейчас все время на виду: не спрятаться, вечно что-то происходит…
— Поэтому пусть происходит такая откровенная дурь, чтобы про все остальное забыли!
— Да-а, — протянула подруга. — Твоя идея круче. Домовые эльфы послабее будут.
— Зато думали мы с тобой в одном направлении!
— Здорово, да. Пойдем к профессорам? Или сначала домашка?
— А давай им не будем говорить?
— Почему?
— Тебе разве не хочется что-то сделать самой, самостоятельно то есть? А то каждый шаг опять заставят обсуждать, три раза примеряться, будто мы совсем несмышленыши.
— Что-то мне это не очень нравится, Гарри, — Гермиона нахмурилась.