— ОГБ АВАДА и КГБ АВАДА… Грейнджер, у тебя странные вкусы на аббревиатуры. Но звучит, не отнимешь.
Однако сокращение поняли не все.
— А что тут такого?
— Финниган, Авада — это первое слово непростительного заклинания. Смертельного. За применение которого светит Азкабан. Ты хоть газеты читай иногда, — посоветовал соседу Лонгботтом.
— Давайте все же держать это в секрете, не очень-то хочется объяснять профессорам, что это все значит и как получилось такое название, а?
— Ну… ничего противоправного в нем нет, — пожал плечами Малфой. — Просто, кто растреплет, тому все и объяснять.
— Ха. Теперь и клятва не нужна, болтать никому не захочется!
Первое заседание КГБ «АВАДА» состоялось через два дня, когда все факультеты уже были в курсе безумной идеи. Главной задачей был признан сбор средств на новые мантии для дементоров. Предложение использовать старые мантии самих учащихся было отвергнуто: фигуры жутких стражей были куда выше не то что школьника, но и почти любого взрослого мага. Представлять их еще и в мини почему-то никому не хотелось.
Большинством голосов отказались от слишком дорогих и от слишком дешевых тканей. Выбрали по нижней границе среднего — ткань должна быть прежде всего прочной. Подумывали, не добавить ли цвета факультетов: пометить «подшефных» пришло в голову Тони Гольдштейну.
В ответ Гарри шутя спросил, не будет ли тогда снятие баллов его Патронусом сказываться на факультетских часах. А поскольку финансово, по предварительным прикидкам, его факультет потянул бы всего троих, а другие, например, Пуффендуй, почти десяток, то они все окажутся в неравном положении.
К его удивлению, вопрос стали обсуждать на полном серьезе. И постановили сделать по одной мантии факультетских расцветок — на пробу. В конце концов, ещё неизвестно, согласятся ли стражи на такое. Ведь никому и в голову не придёт подарить цветную мантию, например, Снейпу…
Остались простые вроде бы вопросы: снять мерки (хотя бы примерно) и пересчитать патрулирующих окрестности стражей. Первый был адресован Поттеру и стал его главной задачей, а вот в подсчете выразили желание поучаствовать многие. А что — безопасно, но интересно!
Пока уважаемые профессора Флитвик (как официальный Учитель Гарри Поттера) и Снейп (который сам во всем виноват и, как обычно, сам разгребает) в муках творчества сочиняли для своего подопечного занятие, призванное служить отвлекающим маневром для директора, другие профессора стали замечать непривычно задумчивых детишек, часто мечтательно пялящихся в небо. То, что детки при этом еще загибали пальцы, от внимательных глаз тоже не укрылось, но занятие казалось таким безобидным, что спрашивать никто не торопился.
Горизонт был поделён на четыре сектора, соответственно четырем факультетам. Наблюдатели с дублерами по Мерлин знает какому разу пересчитывали «ворон» — так они договорились называть дементоров. Так что профессора вскоре услышали именно это и возражать и пресекать дурацкое занятие не стали. Только деканы иногда делали замечания и советовали попавшим под руку наблюдателям уделять больше внимания другим вещам, например, учебе.
Методом полевых наблюдений было установлено, что дементоры тоже делят границу, но на три неравные части, за которые отвечают три разные группы: одна в стороне Хогсмида, вторая — над Запретным лесом и третья, включающая все остальное довольно пустынное пространство. Третья группа дементоров была меньше, зато курсировали они быстрее остальных.
К концу недели некоторые наблюдатели научились различать кое-кого из «подопечных», в основном по силуэтам и лохмам фигурно обтерханных подолов. Тогда же встал вопрос о том, не сделать ли мантии хотя бы номерными, чтоб было проще различать…
Идея родилась во время обеда сразу на нескольких факультетах, так что за столами начались занятные разговоры, вроде такого:
— Квиддичная команда из дементоров? Победа на мировом чемпионате обеспечена!
— Если вообще пропустят.
— Ну, если спокойно пропускают вейл, лепреконов…
— Так их же не в игру, они как талисманы команд идут!
— Кхе-кхе, представь такой талисман команды…
— О, кха-кха… Зря ты это за столом сказал.
— Это же какая должна быть команда!
Неприятные чувства, конечно, дементоры все еще вызывали, и еще как, но страх постепенно уменьшался, сменяясь чисто исследовательским интересом (Когтевран), грустным сочувствием (Пуффендуй), прикидками и расчетами (Слизерин) и просто живым любопытством. Последнее захватывало все больше и больше учащихся уже независимо от факультетов.
Гарри с Гермионой ломали голову над тем, как же выйти на диалог хотя бы с одним дементором. От самого Поттера они уже привычно шарахались, что, безусловно, говорило о наличии у них как минимум зачатков мышления и какого-то способа передачи информации. Подругу Гарри к этим тварям подпускать не собирался, да она и сама не рвалась.
Выручил, как ни странно, Нотт.
Парень связался с домом и через день получил добро от матери, а заодно и интересный фамильный амулет: внешне довольно скромный мужской браслет. Главное, тот имел свойство блокировать влияние тварей, что в данной ситуации было просто неоценимо.
По поводу того, кто же отправится на переговоры, на очередном заседании АВАДы спор разгорелся нешуточный.
— Артефакт идеально работать будет только у меня, — заявил Нотт. — Хоть и не могу сказать, что я горю желанием, но…
Малфой что-то поддакнул насчет фамильных вещей.
— Тогда дайте мне! — заявила Грейнджер. — Конфликта фамильной магии у меня не будет, а от Гарри эти твари все равно сразу разлетаются. Я пойду.
— Ни за что! — возмутился Поттер.
— Девочке, наверное, не стоит, — Нотт был не настолько категоричен. Смелость грязнокровки произвела на него впечатление, хотя признаваться в этом он не собирался.
— А может… Нотт, что будет, если к твоему артефакту применить Джеминио?
— Если бы все было так просто, Патил, артефакторы были бы почти не нужны: все бы копировали друг у друга, конечно, не бесплатно. Или менялись бы, — вполне резонно возразил Голдштейн и хотел добавить еще что-то, но гриффиндорцы его опередили, одновременно наложив заклинание. Браслетов стало… четыре.
— Опаньки… Это как?
— Наверное, кто-то из нас успел раньше, а кто-то наложил на два сразу… А вот кто кто из нас, понятия не имею, — развела руками Грейнджер.
— И где теперь настоящий?
— А, цепляй их все сразу, хоть один да будет твоим. Все равно потом дубли сами исчезнут, — предложила Гермиона.
— Я что вам, индийская танцовщица? — возмутился было Нотт, но на это никто не обратил внимания, только Падма Патил тихонько хихикнула.
— Заодно время отметишь, — посоветовал Малфой.
— Ещё бы узнать, работают ли они вообще. Мне кажется, это было бы слишком просто.
— Да, копии могут не работать. Но утверждать это можно только после опыта.
— Идём к границе? — тряхнула каштановой гривой отчаянная девчонка, уже напялившая два ноттовских браслета, на что он почему-то и не подумал протестовать.
— Бегом только, а то ужин пропустим, — Поттер встал и накинул мантию.
— Поттер, а ты куда?
— Они же опять разлетятся, и мы ничего не поймем! — поддержала Гермиона.
— Мы вас у входа подождем, — принял решение за остальных Голдштейн. — Бросать вас было бы неправильно, но идти самим без защиты — можно подставить и себя, и вас.
Гарри остался переминаться с ноги на ногу недалеко от порога школы. Снейп заметил своего подопечного в окно и решил понаблюдать. Каково же было его удивление, когда он увидел бегущих к школе едва ли не вприпрыжку и держащихся за руки Грейнджер и… Нотта! Ему захотелось протереть глаза, посочувствовать Поттеру, всыпать остальным, но… Вот они встретились и, активно что-то обсуждая, зашли внутрь.