Воспоминания из отчетов «Пандоры» всплыли в ее мозгу с пугающей ясностью. Побочный проект: «Коллективный когнитивный улей». Исследование телепатической связи между носителями модифицированного штамма. Проект закрыли как слишком опасный и непредсказуемый. Очевидно, кто-то, как и она, не уничтожил все образцы.
Крупный мутант, тот самый, что издал звук, сделал еще шаг. Он был выше других, на его груди и спине проступали сложные биолюминесцентные узоры, похожие на татуировки, которые переливались и менялись. Вожак. Координатор улья. Он протянул длинную, слишком гибкую руку с тонкими, почти пальцеобразными отростками на конце. Он не собирался ее рвать. Он хотел прикоснуться. К ее виску. К ее глазам. Чтобы завершить подключение.
Паника Алисы достигла пика, сжимая горло ледяным обручем. Она рванулась, но липкие нити лишь впились глубже. Силы, что с легкостью крушила солдат, не было. Она была истощена, опустошена этим первым, неконтролируемым выбросом. Страх парализовал сильнее яда.
Алиса осознала: это не ловушка, а западня. И она оказалась в ней. Одна. Без своей силы. Без Марка.
И тут ее взгляд упал на ее собственную руку. На черные вены. Они все еще светились тусклым, зловещим светом. Но теперь это свечение было ровным, спокойным. Не агрессивным. Ожидающим.
«Я не сопротивляюсь, я... сотрудничаю». Слова Эллиота прозвучали в ее голове словно ключ, повернувшийся в замке. Она пыталась бороться с этим, подавлять это, бояться. А что, если... принять? Не отдавать контроль, а направить? Это была безумная авантюра. Самоубийственная. Но выбора не было.
Она перестала сопротивляться сети. Перестала бороться с нарастающим онемением. Вместо этого она закрыла глаза и... прислушалась. Не к внешнему миру, а внутрь себя. К тому странному, новому органу восприятия, что проснулся в ней. К тихому, настойчивому шепоту другого.
И он ответил.
Это был не голос. Не образ. Это был чистый инстинкт. Ощущение тока, проходящего по невидимым нервным путям. Информация, передаваемая не словами, а импульсами. Она поняла, как они «видят» — это было эхолокационное поле, создаваемое коллективно всеми особями улья. Каждая вибрация, каждый звук, каждое движение создавало в воздухе сложнейшую картину.
И она поняла, что сеть — это не просто ловушка. Это их орган чувств, антенна. И она сейчас была к ней подключена.
Мутант-вожак уже почти коснулся ее кожи. Его щупальцевидные пальцы были в сантиметре от ее виска.
Алиса не стала пытаться вырваться на свободу. Она сконцентрировалась. Вспомнила то состояние всевластия, холодной, безличной силы. Но теперь она не выпустила ее наружу взрывной волной. Она сфокусировала ее в себе, как лазерный луч, и впрыснула обратно в сеть. Не разрушающий импульс, а... команду. Искажение. Белый шум.
Она послала в их коллективное поле один-единственный, простейший импульс: «ОШИБКА. УГРОЗА СЗАДИ».
Эффект был мгновенным и оглушительным.
Мерцающие глаза мутантов разом погасли, а затем загорелись ярко-красным. Их синхронность исчезла. Они резко развернулись, шипя и щелкая когтями, срываясь с стен и потолка. Они атаковали не ее. Они атаковали друг друга, пустоту позади себя, стены тоннеля. Слепая, животная ярость, лишенная координации улья, захлестнула их. Прозвучали звуки когтей, рвущих плоть, пронзительные визги ярости и боли.
Сеть на Алисе ослабла. Пульсация нитей прекратилась. Связь оборвалась. Она рванулась, и на этот раз липкие волокна поддались, порвавшись с тихим хрустом.
Она покатилась по грязному полу, отползая от схватки обезумевших тварей. Сердце колотилось, выпрыгивая из груди. Голова гудела от нечеловеческого усилия. Она не убила их. Она обманула их восприятие, взломала их коллективный разум на несколько драгоценных секунд.
Поднявшись на ноги, она бросилась бежать прочь от кошмарного хаоса. Ее ноги подкашивались, в ушах стоял звон. Она не оглядывалась. Она знала, что этот трюк сработает лишь раз. Когда они разберутся со своей внутренней угрозой и поймут, что произошло, их ярость не будет знать пределов.
Она бежала по темному тоннелю, руководствуясь лишь слепым инстинктом выживания. Позади еще долго слышались звуки дикой схватки. Она была спасена. Но цена этого спасения была ужасна. Она впервые осознанно использовала это. И часть ее, та самая, что кричала от ужаса несколько минут назад, теперь с холодным любопытством наблюдала за отступлением страха и приходом новой, пугающей уверенности.