— Игнорируйте их! — скомандовал Арчибальд, его пальцы летали по клавиатуре, вводя финальные команды. — Приоритет — процедура! Активируйте протокол «Пандора»!
— Но стабилизаторы не выдержат! — закричал кто-то из глубины лаборатории. — Наполовину системы уже отключены!
— Неважно! Шанс — один на миллиард. Мы его используем.
Он посмотрел на Алису. Их взгляды встретились. В его — азарт гения, готового сжечь всё ради эксперимента. В её — пустота, в которую она сама себя загнала.
— В добрый путь, доктор Вельз.
Он нажал клавишу.
Боль была абсолютной. Это был не сигнал нервных окончаний. Это было само вещество её существа, расползающееся по швам. Иглы впились в неё, и серебристо-чёрный раствор хлынул в спинномозговой канал, в мозг. Мир взорвался в белом огне. Она не кричала — её горло свела судорога.
И сквозь боль хлынуло… Знание.
Она вдруг увидела схему комплекса. Каждый проводок, каждую трубу, каждый замок. Она ощутила каждого учёного в помещении — их учащённые сердца, их панические мысли, как слабые радиосигналы. Она почувствовала мутантов за дверью — не как врагов, а как хаотичные, голодные точки в гигантской сети. Их коллективный разум показался ей примитивным, убогим, словно детский лепет.
Боль стала отступать, сменяясь всепоглощающим, ледяным спокойствием. Её сознание расширялось, выходя за пределы черепа, сливаясь с компьютерными системами лаборатории. Она стала центром. Ядром.
В этот момент главная гермоворота не выдержала. Сорванная с массивных петель, она рухнула внутрь. В проём хлынула лавина тел, когтей и щупалец. Мутанты, ведомые своим вожаком, ринулись вперёд.
Арчибальд и другие учёные отпрянули к стенам, закрываясь терминалами.
Алиса медленно поднялась с капсулы. Ремни сами расстегнулись с тихим щелчком. Её глаза были полностью чёрными, но теперь они светились изнутри ровным, серебристым сиянием. Чёрные вены на её коже пульсировали в такт работе генераторов комплекса.
Она повернулась к орде. И подняла руку.
Не было взрывной волны. Не было искажения реальности. Просто все системы комплекса — света, вентиляции, серверы, оружейные турели — на мгновение замолкли, отдав всю свою энергию в единый импульс.
И этот импульс она направила.
Мутанты застыли на месте. Не парализованные — они просто остановились. Их коллективное сознание, эта гигантская стая, наткнулось на непреодолимую стену. На волю, на несколько порядков превосходящую их собственную.
Вожак улья издал протяжный, скрежещущий вой — не ярости, а животного ужаса и подчинения. Он первый опустился на колени, уткнувшись безликой головой в пол. За ним, как колосья под ветром, склонились остальные.
Тишина. Абсолютная.
Алиса медленно опустила руку. Её взгляд скользнул по дрожащим учёным, по побеждённым тварям, по лицу Арчибальда, в котором читался уже не восторг, а первобытный страх. Она сделала шаг вперёд. Её голос прозвучал ровно, без эмоций, усиленный динамиками самой лаборатории, ставшей частью её тела.
— Протокол «Пандора» завершён. Эволюция начинается. С этого момента я — не человек. Я — точка отсчёта.
Она больше не бежала. Она пришла домой. И мир снаружи теперь должен был бежать от неё.
Глава 7
Тишина в лаборатории была оглушительной. Поверженные мутанты лежали ниц, их коллективный разум подавлен, смятён, парализован волей, на несколько порядков превосходящей их собственную. Учёные замерли у стен, боясь пошевелиться. Воздух трещал от статики и непознанной энергии, исходящей от Алисы.
Она стояла, слегка покачиваясь, её сознание расширялось с головокружительной скоростью, поглощая информацию из каждой компьютерной системы, каждого датчика, каждого живого существа в пределах досягаемости. Это было похоже на пробуждение ото сна. Только сейчас она начала по-настоящему видеть.
Её взгляд упал на одного из мутантов, того самого, что напал на неё в тоннеле. Его примитивный, испуганный ум был для неё как открытая книга. Она коснулась его сознания. Не грубо, не взламывая, а просто… повелела.
— Встань.
Существо дёрнулось, словно от удара током, и с трудом поднялось на дрожащие конечности. Его щелкающие когти беспомощно поскрипывали по полу. В его тлеющих глазах не было ни злобы, ни покорности — лишь чистое, животное ожидание команды.
Внутри Алисы что-то ёкнуло. Не триумф. Не отвращение. Просто… удовлетворение. Чистое, холодное, как работа точного механизма. Правильный вывод. Верное решение.
— Иди туда, — мысленно приказала она, указав на повреждённую гермоворту. Мутант послушно, хоть и неуклюже, поплёкся к груде искорёженного металла и встал на пост, словно солдат.