«Прилипалы»! Невидимые твари, о которых Виола рассказывала на инструктаже, но эти были какие-то другие — они не просто висели в воздухе, а лезли прямо из камней, оплетая Захару лодыжки.
— Не дёргайся! — рявкнул я, мгновенно оценивая ситуацию.
Эфирный кулак на минимальной мощности, чтобы получился не сколько удар, сколько вибрация. Я послал волну прямо в землю, в то место, откуда лезли щупальца и создал зону разряженного эфира вокруг ног Захара. Щупальца дёрнулись, потеряли опору и безвольно обвисли, а я тут же сжал эфир в точку и рванул на себя, выдирая тварей с корнем.
Из земли с противным чавканьем вылетело нечто, похожее на спрута размером с кошку, и шлёпнулось на камни. Оно ещё шевелилось, переливалось фиолетовым, но я не дал ему опомниться — добил эфирным толчком в голову. Тварь замерла и начала таять, превращаясь в дым.
— Ты как? — спросил я Захара.
— Цел, — выдохнул он, глядя на меня круглыми глазами.
К нам подбежала Виола, глядя на меня с с выражением будто её уязвило, что я справился с тварью быстрее неё.
— Я думала, они только в низинах, — ответила она сухо.
Я хмыкнул. Ожидала не ожидала — теперь будем знать. Хорошо, что я успел, а то остались бы без «водопровода».
— Двигаем дальше, — скомандовал я. — Захар, иди ближе ко мне. И смотри под ноги.
Следующую эфирную нить я сделал в десять раз тоньше и протянул перед собой, прошёл сквозь неё и чётко почувстовал обрыв нити, но саму нить моё эфирное тело едва-едва почувствовало — это легко можно было списать на энергетику местности.
У меня получилось сделать нить ещё тоньше и я тут же проверил её на Виоле — снова чувствительный обрыв нити, а Виола совершенно не отреагировала.
Идеально.
Я протянул нить сзади идущего последним Захара и стал разматывать её по тропе. Было сложно, требовало постоянной концентрации, но у меня получалось и я чувствовал эту нить как продолжение своего тела. По моей задумке, как только преследователи пересекут нить, то она порвётся и я смогу определить расстояние для них.
Тропа петляла среди скал, и подъём стал более пологим. Вдалеке виднелось, что скалы немного расступаются — ущелье скоро сменится долиной.
Виола шла впереди, но то и дело оборачивалась и окидывала меня быстрым взглядом. И не так, как раньше — не с проверкой, а будто она в чём-то сомневалась и искала у меня ответа на какой-то свой вопрос — что-то её сильно беспокоило.
— Ярослав! — Захар догнал меня, сияя как начищенный самовар и показывая мне сложенную лодочкой ладонь. — Смотри!
В его ладони плескалась вода.
— Получается! — восторженно воскликнул Захар. — Я чувствую воду в воздухе и собираю её по каплям.
Отлично, у нас появляется ходячий водопровод. С учётом того, что пока тут с водой туго, это будет очень полезно. Захар поднёс ладонь ко рту, выпил воду и зажмурился от удовольствия.
— Вкусная! Чистая, как из родника! — блаженно улыбаясь, произнёс Захар.
— Молодец, — обернувшись, коротко бросила Виола и зашагал дальше.
— Молодец, Захар, — похлопал я Захара по плечу, улыбаясь. — Горжусь.
Захар аж засветился весь. Глаза заблестели, плечи расправились.
— Спасибо, командир! — выдохнул он. — Я стараюсь.
Я снял с пояса флягу, встряхнул — воды оставалось совсем немного. Сделал маленький глоток, чтобы растянуть на подольше.
— Наполняй потихоньку, — протянул я фляжку Захару. — Но не переусердствуй, береги эфиры.
Захар принял флягу с таким видом, будто я вручил ему орден.
— Хорошо, командир! — просиял он. — Вот научусь как следует — и проблем с тем, где попить, никогда не будет! Виола, а у тебя как? Клинок получается? Можешь показать?
Виола, не оборачиваясь, бросила через плечо:
— Получается.
Просто «получается». Голос расстроенный, похоже, она не о магии думает, а о чём-то другом. Захар удивлённо глянул на меня и я пожал плечами. Странно. Обычно она хоть как-то реагирует, а тут будто внутри неё что-то сломалось после сегодняшней ночи. Или, наоборот, встало на свои места, и теперь она не знает, что с этим делать.
Ладно, не до этого, нужно разобраться со своими новыми способностями. Я вспомнил огненный шар, который вышел из меня. Это было нечто! Только как его снова вызвать? И только я об этом подумал, как в груди снова начало разгораться тепло.
А ведь огонь — это не какая-то только внешняя штука. Я сам из него сделан. Температура тела выше температуры окружающей среды обычно, а это же тепло, энергия. Значит, огонь всегда во мне, просто надо научиться его собирать.
Я представил, как частички этого внутреннего жара стягиваются в лёгкие и солнечное сплетение. Жар в груди довольно быстро усилился и сформировался в энергетический сгусток.