Моё лицо заливается краской.
— Это было сказано как оскорбление.
— Это прозвучало как отчаяние и нужда, но ладно.
— К чёрту. Тебя, — огрызаюсь я. — Как насчёт этого: жёсткий отказ.
— От чего?
Я самодовольно улыбаюсь.
— От секса. Я буду твоей женой на людях, но и только. Наслаждайся своими синими яйцами, потому что ты ничего не получишь от…
Он притягивает меня к себе, разворачивает и прижимает к кухонному островку позади. Мои бедра сжимаются сильнее, когда он нависает надо мной и обхватывает челюсть, поднимая лицо к своему в этой возмутительно собственнической, доминантной манере, которая…
Творит со мной чудеса.
— Вот что сейчас произойдет, — тихо говорит он. — Ты скажешь это снова.
Я сглатываю.
— Что именно скажу?
Его улыбка говорит сама за себя. Я качаю головой.
— Этого не будет.
— Так и есть. Признайся, что прошлой ночью ты кончила на мой член, как маленькая жадная шлюшка. Несколько раз.
Я свирепо смотрю на него. Он ухмыляется в ответ. Напряжение нарастает между нами, пока, наконец, я не могу больше выдерживать его свирепый взгляд.
— Ладно, хорошо, — бормочу я. — Как скажешь. Да, я испытала оргазм.
— Еще раз, это был не мой вопрос. — У меня перехватывает дыхание, когда он наклоняется, его глаза разрезают меня на две части. — Скажи это.
Мое лицо вспыхивает, когда что-то непонятное сжимает меня изнутри.
— Я… — Румянец разливается и темнеет. — Часто кончала прошлой ночью, — шепчу я.
— Как?..
Пытаюсь отвести взгляд, но он крепче сжимает мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Как жадная маленькая шлюшка, — хрипло шепчу я.
— Где?
О боже, он не может быть серьёзен.
— Где, принцесса?
Облизываю губы, моё дыхание учащается.
— На твоём члене.
От этих слов я таю, а между бёдрами разливается жар. Кензо ухмыляется, на его лице появляется высокомерное и торжествующее выражение. Но он не отстраняется. Его рука не отпускает мой подбородок, крепко удерживая его.
— Хорошая девочка.
Чёрт возьми, как же хорошо.
Я и раньше была влажной.
Теперь промокла насквозь.
— Держу пари, эта маленькая киска сейчас влажная и чертовски мокрая для меня, не так ли?
Я уже дрожу; когда чувствую, как его другая рука скользит по бедру, по моей коже бегут мурашки. Его пальцы ловко проскальзывают под подол мешковатой толстовки, дразня голую кожу, пока он медленно скользит по животу.
Он наклоняется к моему уху. У меня невольно перехватывает дыхание, когда я чувствую, как его рука скользит за пояс спортивных штанов.
— Давай… Выясним.
Его теплая ладонь прижимается к моей коже, а большая рука опускается в спортивные штаны. Все тело дрожит, и я сдерживаю стон, когда его прикосновения опускаются все ниже и ниже. Медленно его толстый палец скользит по моему набухшему клитору и проникает между губ.
Мир размывается по краям, и я стону, цепляясь за столешницу позади себя. Бёдра начинают двигаться сами по себе, толкаясь вперёд, пока его палец дразняще скользит вверх и вниз по моим губам.
— Какая чертовски грязная киска.
Я стону, втягивая воздух сквозь стиснутые зубы, когда он внезапно погружает в меня палец. Это не три пальца, как прошлой ночью. И они далеко не такого размера, как его член.
Но это всё равно чертовски приятно.
Кензо погружает палец внутрь, поглаживая точку G, и я начинаю извиваться между ним и столешницей. Моё дыхание становится прерывистым и тяжёлым, я сжимаюсь, и мои глаза закатываются.
— Ты хочешь, чтобы я снова тебя трахнул, принцесса? — Кензо дышит мне в ухо.
Он прикусывает мочку, прежде чем его губы опускаются на шею. Там у меня всё ещё чертовски болит, но мне всё равно. Я жажду боли, когда он прикусывает, оставляя синяки поверх синяков, пока его пальцы входят и выходят из меня.
— Этого хочешь, не так ли? Ты хочешь, чтобы я раздвинул твои ноги и глубоко вошёл своим толстым членом в твою красивую розовую киску, пока ты не кончишь на меня, как жадная шлюха. Ты хочешь, чтобы я снова кончил в тебя.
Я изо всех сил цепляюсь за столешницу, и весь мой мир начинает рушиться. Чувствую, как стенки крепко сжимают его палец, а лоно сжимается, когда на меня накатывает волна.
— Хочешь, чтобы я заставил эту распутную маленькую пизду кончить, моя хорошая девочка?
Моё лицо морщится, а рот открывается, когда я готовлюсь сорваться с края.
Внезапно палец Кензо выскальзывает из меня. Он выдергивает руку из спортивных штанов, и я в замешательстве и протесте распахиваю глаза.