Варрон криво усмехнулся.
— Думаешь, Республике есть до нас дело? Когда мы были молоды и достаточно сильны, чтобы сражаться за нее, она заставляла нас верить в сказки, а когда мы состарились, про нас забыли и начали морочить новое поколение дураков. Сенат богатеет за счет земель, которые мы для него завоевали. Нас бросили на произвол судьбы.
В этих словах была горькая правда. Юлий смотрел на Варрона, теребя бородку.
— Коррупцию должно пресечь, — сказал он. — Пока Сулла был у власти, сенат чуть не умер.
Варрон недоверчиво покачал головой.
— Сынок, сенат умер задолго до правления Суллы. Ты слишком молод, поэтому не видел, как он умирал.
Он опустился на скамью и, сгорбившись, продолжал массировать горло.
Цезарь посмотрел на офицеров «Ястреба». Те молча слушали его беседу с Варроном.
— Что теперь, Юлий? — спросил Пелита. — Что будем делать?
— Заберем все, что нужно, и двинемся к следующему селению, потом — к другому, и так далее. Эти люди должны нам за то, что пригрели пиратов. Не сомневаюсь — таких, как он, очень много, — ответил Цезарь, указывая на Варрона.
— Думаешь, у нас так всюду получится? — спросил Светоний, на которого происшедшее произвело крайне отрицательное впечатление.
— Конечно. В следующее селение мы придем с оружием и в хорошей одежде. Будет даже легче, чем сегодня.
ГЛАВА 10
Мощным ударом Тубрук загнал лезвие топора глубоко в древесину засыхающего дуба.
Ствол был еще жив, но мертвые ветви без листвы говорили о том, что старое дерево пора срубить. Понадобится всего несколько сильных ударов, чтобы добраться до сердцевины, и Тубрук был уверен, что увидит там гниль.
Он работал уже больше часа; льняные штаны промокли от пота и прилипли к телу. Разогревшись, старый гладиатор скинул тунику, хотя по роще гулял прохладный ветерок: его свежее дыхание высушило пот, охладило разгоряченное тело, и Тубрук чувствовал себя чудесно — умиротворенно и легко. Конечно, трудно не думать о проблемах, связанных с управлением поместьем, тем более после уплаты выкупа, но он гнал эти мысли прочь, стараясь сосредоточиться на размахе и ударе тяжелой железной секирой.
Он остановился и, тяжело дыша, оперся ладонями на длинное топорище. Были времена, когда Тубрук мог махать секирой хоть весь день, однако теперь поседели даже волосы на его груди. Может, и глупо так утруждать себя, но старость скорее приходит к тем, кто сидит и ждет ее. По крайней мере, благодаря упражнениям он сохранил плоский живот.
— Я часто лазал на этот дуб, — раздался голос за его спиной.
От неожиданности Тубрук развернулся прыжком, держа топор на изготовку обеими руками.
На пеньке, закинув ногу на ногу и сложив руки на колене, сидел Брут и озорно, как в юности, улыбался. Тубрук радостно рассмеялся и поставил топор к стволу дерева. Мгновение они молча смотрели друг на друга, потом старый гладиатор шагнул к Бруту, схватил его в охапку и поднял с пенька.
— Клянусь богами, Марк, я очень рад тебя видеть! Очень рад, — сказал он, опуская Брута на землю. — Ты изменился. Ты стал выше! Дай же посмотреть на тебя…
Старый управляющий отступил назад.
— Да это доспехи центуриона! Ты многого добился.
— Центурия Бронзовый Кулак, — пояснил Брут. — Никогда не проигрывает сражений, хотя пару раз, когда я отдавал приказы, такая опасность возникала.
— Не верю. Клянусь головой Юпитера, я горжусь тобой. Ты надолго или проездом?
— Сейчас я свободен. Хочу заняться кое-какими делами в городе, а потом найти новый легион.
Только сейчас Тубрук заметил, что одежда Марка пропитана пылью, а сам он явно давно не мылся.
— Далеко побывал?
— Прошел полмира. Рений не хотел тратиться на коней, только к концу странствий подвернулись две лошадки.
Тубрук взял топор и положил на плечо.
— Так он с тобой? Я думал, Рений не захочет снова жить в городе после того, как его дом сожгли мятежники.
Брут пожал плечами.
— Он собирается продать свой участок земли и снять жилье.
Вспоминая минувшее, Тубрук задумчиво улыбался.
— Нынешний Рим слишком спокоен для него. Вряд ли город ему понравится. — Он положил руку на плечо Брута. — Идем со мной. В твоей старой комнате ничего не изменилось… Над тобой придется хорошенько поработать губкой и скребком, чтобы смыть грязь дорог.
— Юлий вернулся? — спросил Брут.
Тубрук сгорбился, словно топор вдруг стал невероятно тяжелым.
— Пираты захватили его галеру, и нам пришлось собирать выкуп. Сейчас ждем известий…