Император тяжело вздохнул и посмотрел в глаза наложницы.
– Что такого в этой девчонке, что вы пытаетесь ее спасти ценой собственной жизни?
Вместо ответа Вон достала из-за шиворота белую окровавленную тряпицу.
При виде ее император не смог сдержать восклицания.
– Более десяти лет назад я была беременна своим первенцем от вас. Но один высокопоставленный человек прислал мне чай с айвой от утренней тошноты. Я пила его каждый день. Не прошло и недели, как у меня случился выкидыш. Теперь тот же самый человек хочет отобрать у меня Ми Юн, которая стала мне дочерью.
– Это не так! – закричал император. – Она не твоя дочь. Ты не можешь бросить меня ради нее!
Вон молчала. Только сейчас Тэ Ун увидел, как слезы текут из ее глаз, прокладывая ручейки по щекам и стекая на заварник с чаем.
– Нет никаких доказательств, что это сделала императрица. Я не могу обвинить ее, ты же знаешь, без поддержки ее рода королевство Тумана будет вновь раздроблено, – промолвив император с отчаянием. – Слишком много у нас сейчас врагов.
– Я знаю, – прошептала Вон. – Поэтому я вас молю. Пощадите невинное дитя и казните меня вместо нее. Я сама выбрала этот пусть и ни о чем не жалею. Все годы, проведенные рядом с вами, были ценным подарком для меня.
– Но это значит, что ты отказываешься от меня?
Наложница промолчала, но все было понятно без слов. Император обвел взглядом тронную комнату, наполненную золотыми вещами и искусными картинами. На его лице отразилось отвращение. Отныне его ничто не будет радовать, даже своя собственная жизнь.
Глава 45.
Наступал рассвет. Мне удалось поймать его самую первую минуту, самый первый миг. Открыв глаза, я увидела, как чернильное небо светлеет, звезды на небосклоне бледнеют, а вдали появляются первые лучи солнца. Вскоре они ласково дотронулись до моих пальцев и я увидела, что на руках запеклись пятна крови.
Безразлично я рассматривала их несколько минут, а затем вновь посмотрела на небо, где уже летали первые птицы. Сейчас я завидовала им. Как вольны они были, только не ценили этой свободы, потому что не могли. Разве могли они радоваться лучам солнца и каплям росы?
Где-то вдали раздавались шаги и я знала, что идут за мной.
Мне никто не говорил, когда состоится казнь, но я чувствовала, что это произойдет сегодня, потому что день был безветренный и обещал быть теплым. Он был слишком особенным. Я даже не взглянула на стражников, облаченных в кольчугу, когда они подхватили и потащили меня вниз по ступеням. Я не чувствовала их пронизывающий холод из-за босых ног, я не видела мрачного серого камня, нагоняющего тоску.
Спустя много веков здесь будут водить экскурсии, но сейчас это место станет свидетелем моей смерти. Я не была здесь раньше, хоть и посетила достаточного много мест дворца. Когда я узнала, что здесь содержатся узники и стоит эшафот, я сразу решила не заглядывать сюда. Но вот, волей судьбы, я все равно оказалась здесь и имела возможность теперь рассмотреть все в мельчайших подробностях, хоть и предпочла бы не видеть и этой огромной площади перед башней и гигантских черных кованых ворот, украшенных золотыми драконами, и цветущей зелени сразу за ними.
Но самый ужасный элемент этой картины внушал ужас, от которого уходила душа в пятки: деревянный помост, снабженный несколькими ступеньками, и виселица поверх него. Белая крученая веревка с петлей, навевающая одним своим видом непомерную тоску.
Я шла, не чувствуя брусчатки под ногами, ноги передвигались сами по себе, а глаза не могли перестать смотреть на орудие убийства. Значит сейчас я умру? И это все? Я даже не попрощаюсь с восьмым принцем? Лю Рель... В отчаянии я принялась вертеть головой, приговаривая: "ну где же ты? Где мой восьмой принц?" Но его нигде не было, а стража была безмолвна.
Когда до виселицы оставалось несколько шагов, сзади послышался крик.
– Оставьте ее!
Я обернулась и увидела, как к нашей процессии мчится четвертый принц Лю Чинг. Он держал в руках обнаженный нож и, подскочив к страже, сразу вступил в бой, раскидав солдат по сторонам. Однако, оснащенные металлическими доспехами, шестеро мужчин из королевской стражи защищали волю самого императора, поэтому, вытащив мечи, они окружили Чинга со всех сторон.
– Я же сказал! Оставьте ее! Должна пролиться кровь?
Однако, стражники лишь выступили вперед. Мечи Лю Чинга и первого стражников скрестились, посыпались искры, а я в ужасе вскрикнула, отступив на шаг назад, как увидела еще одного человека, выбежавшего на площадь. Он размахивал белым пергаментом и что-то кричал.