Его взгляд был наполнен надеждой и даже мольбой, в первую секунду я подалась вперед - сердце забилось как сумасшедшее: вот оно решение всех моих проблем. Уехать навсегда из ужасного дворца и жить с человеком, который будет опекать и оберегать.
Но другая мысль, мгновенно наполнившая сердце горечью, не дала ей развиться. Как же я могу украсть у судьбы этого человека, не дать свершиться предназначению, повлиявшему на ход истории? К тому же, это событие уже свершилось - я ведь попала сюда из будущего, а значит, все, что случится во дворце - предопределено. Значит, даже желая я забрать его из дворца и уехать - у меня ничего не выйдет? Кто знает, как повернется история тогда!
Может быть я стану жертвой несчастного случая и принц все равно останется здесь? Или же он передумает. Какой путь тогда выбрать для меня, несчастной?
Все эти мысли проносились в моей голове и принц обеспокоенно заглядывал в мои глаза, ожидая ответ. Но что я могла сказать? Мои мысли совсем не соответствовали тому, что чувствовало мое сердце.
– Принц, – я слегка оттолкнула его руку с зажатой в ней заколкой. Лицо Чинга при этом стало настолько грустным, что мне не хватило сил смотреть на него, и я отвела взгляд в сторону. Мне не хватило сил ответить ему отказом, и я молвила: – вам необязательно уезжать из дворца. Вы не должны это делать ради меня.
На лице Лю Чинга мелькнула надежда.
– Я сам этого хочу. Дворцовые сплетни и интриги далеки от меня. Я всего лишь хочу, чтобы мы с тобой жили спокойно и нам никто не мешал. Мы можем быть счастливыми…
Ах, милый принц. Если бы все было так просто!
– Но что, если вы станете императором? – я вновь заглянула в его черные глаза. – Разве вы сможете оставить дворец ради меня?
Чинг приподнял самый краешек губ.
– Если я стану императором, тогда ты пойдешь со мной? Тебе никогда больше не придется работать и ты будешь заниматься тем, чем хочешь!
Стать второй, а может быть и третьей женой? Ведь для жены императора важно иметь могущественный род, а у меня нет ничего за душой. Значит, мне придется стать всего лишь одной из наложниц. Смогу ли я жить такой жизнью? Да и разве испытываю я такие сильные чувства к четвертому принцу, чтобы посвятить ему остаток жизни?
– Извините, принц, – теперь я резко отбросила его руку в сторону. – Я не хочу влиять на вашу жизнь. Если вам суждено стать императором, я никогда не смогу стать самой главной женщиной в вашей жизни, а на другую роль я не согласна!
Я отступила на шаг назад, собираясь покинуть его.
– Но Ми Юн! – принц сделал шаг ко мне, намереваясь сказать что-то еще, но его перебил другой голос.
– Взять в жены прачку?
Я испуганно всмотрелась в темноту, откуда вышел восьмой принц. Его лицо было злым, он смотрел исподлобья, челюсти сжаты, а руки спрятаны за спиной. Таким я не видела его никогда. Он совсем не был похож на того доброго и чувственного Лю Реля, каким я помнила его в первые наши встречи. Эта мысль больно кольнула меня - может быть я совсем не разбираюсь в людях, раз не смогла углядеть в нем эту сторону? Такой человек, какой стоял сейчас передо мной, был способен на все.
– Тебе какое дело до этого? – Лю Чинг принял не менее боевую позицию и медленно перевел взгляд на брата. – Ми Юн давно не твоя родственница. Оставь ее в покое.
Они приблизились еще на шаг друг к другу и я была готова поклясться, что между ними сейчас упадет молния, настолько воздух был наэлектризован от их взглядов.
– Это ты виноват в том, что случилось с Ми Юн, – прошипел Рель. – Ты втянул ее в свою ссору с Хё. Ты приносишь одни несчастья!
Лю Рель явно пытался бить по больному, однако, не было понятно, возымели ли эти попытки воздействие, потому что лицо четвертого принца оставалось холодным и напряженным.
– Ты такой жалкий, – процедил Чинг сквозь зубы. – Ты мог спасти Ми, когда она находилась в темнице, тебе нужно было лишь пойти со мной, собрать остальных братьев, но ты побоялся пойти против Хё, так ведь?
Восьмой принц нахмурился еще больше, ничего не ответив. Однако, выражение его лица говорило само за себя, рот изогнулся в злобном оскале, а руки потянулись к мечу.
– Хватит! – заорала я, не в силах больше выносить этот ужас. Я чувствовала свою беспомощность, знала, что теперь от меня ничего не зависит. Что бы я не сделала, что бы не сказала - эта схватка между двумя братьями, а я теперь в ней лишь предмет вожделения.