Я опустилась рядом.
– Вы должны быть сильны духом, принц. Какова бы не была тяжела наша ноша, рано или поздно, дорога закончится.
– Вы не боитесь, что и вас заподозрят? – охрипшим голосом произнес Рель, не поднимая головы.
– Это место… дворец. Разве здесь есть хотя бы один человек, которого в чем-то не подозревают? Я уверена, вы стали жертвой, вас подставили…
– Значит, ты обо всем знаешь? – усмехнулся Рель после некоторого молчания.
– Знаю. Но это не причина поступать с вами так. Еще одна кровь на руках императора сделает его кровавым убийцей. Я не знаю, как прекратить это. Теперь я не хочу здесь оставаться.
– Езжайте, Ми Юн, – безжизненным голосом произнес Рель. – Я уверен, у вас все будет хорошо.
По лицу у меня пробежала горькая усмешка.
– Вы ведь просили за меня перед императором не потому что… у вас остались какие-то чувства ко мне? – медленно произнес принц прерывающимся голосом.
Глотая слезы, я смотрела перед собой в пол.
– Забудьте обо мне и о троне, Лю Рель. Вам нужно сдаться первым и смириться, надеясь на прощение.
После этих слов я с усилием поднялась и побрела к себе в комнату в Чайном Домике, желая лишь одного - чтобы все это оказалось сном и я поскорее пробудилась от кошмара.
Однако, в Чайном Доме меня ждало еще одно испытание. Служанки скучковались и о чем-то тревожно перешептывались.
– Вы опять за свое? – прикрикнула я на них. – Я же просила вас трепаться поменьше.
Служанки всхлипывали и жались друг к дружке.
– Госпожа, – сказала наконец одна из них и указала пальцем на вторую дверь, выходящую в подворье.
Я кинулась туда и увидела небольшую толпу из остальных служанок Чайного Домика. Они все прикрывали лицо руками и утирали слезы. До моего слуха донеслись какие-то глухие удары и сперва я подумала, что кто-то дерется, однако, прорвавшись через толпу, я ошеломленно уставилась на свернутый ковер, по которому двое стражников наносили изо всех сил удары палками.
– Что тут такое? – прошептала я, смутно догадываясь, что внутри ковра кто-то свернут, потому что через плотную ткань проступали красные пятна крови.
– Госпожа, – с ужасом прошептала одна из служанок, что была посмелее. – Император приказал наказать Ши как предателя, а нам велел наблюдать за этим.
После имени моей Ши, я заорала, что есть мочи,
– Перестаньте сейчас же!
От моего крика стражники остановились, а я, подбежав, уже разматывала ковер. Внутри плотной, промокшей от крови, ткани лежала моя бледная верная Ши Хи, на которой не было живого места. Все ее тело пестрело кровавыми ссадинами, лицо отдавало бледно-синим цветом.
– Ши! Открой глаза, пожалуйста! – прошептала я, протирая ее щеки, по которым все еще катились слезы, но сама Ши была уже мертва. Ее пульс не прощупывался, а кожа стала холодной и бесчувственной.
Положив ее голову себе на колени, я принялась раскачиваться и подвывать словно раненый зверь, вспоминая все хорошие моменты, которые мы провели вместе с этой девушкой
***
Лю Чинг стоял напротив меня, заложив руки за спину, и смотрел исподлобья.
– Она была предательницей. Восьмой принц подкупил служанку и она следила за тобой, докладывала ему обо всем через советника Бан Чжу. Все это время она врала тебе!
– Ты обошелся с ней слишком жестоко! Зачем нужно было ее убивать! – в ярости закричала я. – Очевидно, что у нее не было другого выбора. Она девушка из бедной семьи, ее отец умер и мать одна с детьми пыталась выжить. Если бы Ши не помогала им, они бы умерли с голоду. У нее просто не было выбора.
Чинг тоже разозлился, я увидела, как заиграли его желваки и он схватил меня за плечи.
– Подумай, Ми. Как ты думаешь, кто подливал ртуть в купальню Тиана, если только она и ты были вхожи к нему? Она делала это два года целенаправленно, видя, как страдает император. Ты не находишь это слишком жестоким по отношению к моему брату?
Его слова больно били. Значит, вот так умер император - его отравила моя верная любимая служанка? Мысли об этом не укладывались в моей голове и я даже думала, что это может быть неправдой, ее просто подставили. Но затем я поняла, что стараюсь убедить сама себя - все было логично. В чем же еще Ши врала мне?
Я сделала шаг назад и чуть было не упала, но удержалась на ногах. Сердце вдруг защемило, а дыхание резко перехватило и я принялась открывать и закрывать рот, в надежде проглотить хотя бы глоток воздуха. Когда мне это наконец удалось, я обнаружила себя сидящей у стены. Лю Чинг обтирал мне лицо. Прибежали испуганные служанки - видимо, он их позвал, пока я была в беспамятстве и принялись хлопотать надо мной. Я слабо отмахнулась от них и встала.