– Пахнет прекрасно, спасибо вам, Ми Юн.
Я поклонилась и побежала в свою комнату. Несмотря на усталость, я долго не могла уснуть, мысли лезли в голову и я приняла решение выйти во внутренний двор, чтобы замёрзнуть, а затем вернуться в свою натопленную комнату, и юркнуть под тёплое одеяло. Проверенный способ, чтобы уснуть. Перед тем как идти я поворошила угольки в круглой металлической печке, выполнявшей функции обогревателя, чтобы усилить жар. Конечно, это не современный обогреватель, но лучше, чем ничего!
Ночной двор освещался единственным фонарём; плотно закутавшись, я сидела на скамье, глядя в ночное небо. Сзади послышались шаги и я обернулась. Это был Лю Чинг, который тоже, видимо, не мог заснуть. После тяжелого эмоционального дня я вдруг поняла, что мне приятно общество четвертого принца, словно, он был тем человеком, который мог бы меня понять и поддержать, расскажи я ему все, что у меня накопилось на душе.
– Не спится? – спросил он, усаживаясь на парапет.
– Не-а, – ответила я. – А как ваши дела? Вы хорошо ели сегодня?
Хотя я сидела к принцу спиной, готова была поклясться, он усмехается. Так и было, потому что спустя мгновение последовала констатация факта:
– Опять вы обо мне заботитесь.
– Не отстаю от вас, – улыбнулась я.
– Я больше не буду здесь жить, – сказал Лю Чинг, и мне пришлось развернуться, чтобы посмотреть, не шутит ли он. Однако, принц был серьёзен.
– Завтра я уезжаю жить во дворец. Там моё место.
– Вот как, – я задумчиво разглядывала свои руки, не понимая, радует или печалит меня этот факт. – Значит, мне не придётся больше таскать вам еду в гору, да и никто больше не будет угрожать убить.
На последней фразе он приподнял краешек губ, хоть глаза его оставались серьезны.
– Что же, думаю, вы ещё будете наведываться во дворец, хотя вам там и не место. Но вы слишком взбалмошная для понимания таких вещей.
Он сказал это строго, но в его голосе прозвучало беспокойство, так что я даже не подумала обижаться на эти слова
– Вы, кажется, меня неплохо узнали за это время, – заметила я.
Некоторое время мы молчали, а затем я почувствовала холодную снежинку у себя на лице.
Искренне радуясь, я вновь подняла взгляд, вглядываясь в ночное небо.
– Смотрите, снег! – прошептала я, подставляя руки мягко падающим снежинкам.
Снег всё кружил и кружил, наполняя меня счастьем и таинственным ожиданием будущего волшебства. В какой-то момент я взглянула на Лю Чинга. Он смотрел в этот момент на меня, и его лицо тоже было освещено улыбкой. Он вздрогнул и отвел взгляд, но тут же посмотрел на меня вновь. Я искренне засмеялась, наполняясь снежным счастьем и разделяя его с человеком, который оказался в этот момент рядом со мной.
***
На следующее утро Ши Хи меня разбудила ни свет ни заря.
– Госпожа Ке...Она... Скорее! Ей стало очень плохо. Мы уже послали за лекарем.
Вскочив с постели и наспех закутавшись в тёплый ханбок с меховым воротом, я бросилась в комнату сестры.
Ке лежала, свесившись с кровати и хрипела. Я подскочила и схватила, пытаясь немного приподнять
– Ми, – еле слышно прошептала она.
– Держись, милая, держись! – кричала я, удерживая её изо всех сил на весу. – Ши, помоги мне.
Вместе мы кое-как усадили сестру на подушки, и я с ужасом увидела кровь на её губах.
Слезы полились у меня из глаз, но я не обращала на это внимания, лишь гладила Ке по голове и приговаривала: “голубушка моя, хорошая, голубушка”. Лицо сестры было необычно бледным, почти белым, как и её губы. Она не могла удерживаться в полусидячем положении, поэтому я кое-как уместилась рядом с ней и положила голову сестры к себе на грудь.
Она постоянно кашляла, а Ши вытирала её рот платком. Крови выходило очень много.
Вскоре в комнату ворвался Рель, вслед за ним придворный лекарь.
– Ми Юн, госпоже Ке помогут, пойдёмте я вас переодену, вы вся испачкались!
Ночное платье и халат и правда были измазаны в крови, однако, заставить себя уйти я не могла, как и перестать плакать. Мне показалось, если я сейчас уйду, то сестре станет ещё хуже.
– Ми, – Ке вдруг открыла глаза. – Пожалуйста, не печалься так. Я буду тебя ждать. Иди…
Последние слова она почти прохрипела, и я вылетела из комнаты, заливаясь слезами ещё больше. Прошло менее, чем пятнадцать минут, как я вернулась, наспех умывшись и переодевшись. Ши предлагала что-нибудь перекусить, но мне кусок в горло не лез.
Ке Юн лежала теперь спокойно. Видимо, лекарь дал успокаивающее снадобье, и теперь сестра перестала кашлять, да и на лицо вернулось даже немного румянца.