Мисахын ехал верхом, мне же место было уготовано внутри колесницы. Перед тем, как сесть внутрь, я оглянулась в надежде увидеть четвертого принца - он многое для меня сделал и пытался спасти, даже ценой своей жизни. Но Лю Чинг, видимо, решил не прощаться, а может быть нашлись дела поважнее.
Вздохнув, я влезла внутрь, даже не оправив свое дорожное платье. Это сделали служанки и прикрыли за мной дверь. Колесница тронулась и я еще долго смотрела в окно на удаляющиеся шпили замка и думала о том, что моя прошлая жизнь теперь кажется вовсе сном.
Вскоре я откинулась на подушки и прикрыла глаза, закрывшись шторкой от внешнего мира, хоть это была иллюзия. Теперь ничто не защитит меня от будущего мужа, но видеть лишний раз его физиономию мне не хотелось, благо, пока что он держался поодаль от меня и ехал где-то впереди груженого обоза.
Вместе со мной в замок “Черной Розы” отправлялись дорогие подарки - золото и лошади, подаренные Тэ Уном. Такая цена была за спокойствие на землях Туманного королевства - моя свобода и жизнь казались по сравнению с этим совсем незначительными для всех, кроме меня самой.
Путь был однообразен и скучен, я все больше углублялась в свои мысли. Иногда даже пыталась подумать рационально - может быть стоит поехать с королем в его замок, там я поговорю с ним, буду во всем слушаться, через какое-то время ему просто надоем и он отпустит меня от себя. Мне нужно будет лишь выпить снадобье, закрыть глаза и потерпеть.
Но все мое естество бунтовало против этого. Нет, я должна действовать решительно и не жалеть себя, иначе просто задохнусь в объятиях этого ужасного короля северных земель.Я аккуратно вытащила сверток с осколком и спрятала его в рукаве так, чтобы достать в удобное время.
До северных земель было множество долгих дней в пути и, хотя мы делали привалы, Мисахын не подходил ко мне. По закону так и должно было быть - до свадьбы он не имел права оставаться со мной наедине, но я чувствовала, что в какой-то момент он нарушит это правило. И я не ошиблась. В одну из стоянок после первого дня пути я услышала ржание лошади.
Кто-то спрыгнул с коня и подошел к карете. Мои чувства мгновенно обострились и я вжалась в стену кабины, чувствуя, что скоро наступит время для моей задумки. Мисахын, ухмыляясь, взглянул на меня, а затем открыл дверцу и забрался внутрь.
Вблизи он был еще безобразнее - каждый его жест был полон уверенности и властности, но в то же время выдавал внутреннюю пустоту и одиночество, как и полагалось старому вампиру. Черные глаза-бусинки смотрели так, что я была уверена - этот человек никогда не поймет меня, не пожалеет и не отпустит. Видя, что я его разглядываю, король промолвил:
– Я вижу, что ты не та, за кого себя выдаешь.
От этих слов я похолодела. Что он имел ввиду?
– Я многое повидал на своем веку, – произнес он, – встречал и покорных женщин и тех, кто не хотел повиноваться, но сама манера разговора, бесстыжесть, с которой ты позволяешь себе смотреть на императора… Откуда ты взялась?
– Вам должно быть известно, что я сестра жены восьмого принца…
– Это я знаю, – перебил он меня. – Но ты не росла при дворце, тебя забрала сестра после смерти матери. Если хочешь знать мое мнение, – король откинулся на сиденье. – Я думаю, ты шпионка кланов Апхэ-до и Ёхын Мин.
– Что? – ошарашенно спросила я, даже не подозревая, что могу вызывать такие мысли.
Мисахын приблизился ко мне и схватил за горло.
– А иначе, как объяснить твою близость с восьмым принцем. Думаешь, я не знаю, кто продался им? Восьмой принц желает занять трон после Тэ Уна, и ему нужна поддержка, поэтому он пообещал пойти на огромные уступки южанам в случае своей победы.
– Я правда ничего не знаю, – зашептала я, чувствуя его руки на своей шее, которые сжимались все крепче.
– Но мне все равно, теперь ты моя! – осклабился король. – Если ты будешь покладистой лошадкой, так и быть, я не сделаю тебе слишком больно. Но знай, неповиновения я не потерплю!
– Хорошо, – пропищала я и мужчина отпустил меня.
Я забилась в угол своей повозки, отрешенно рассматривая элемент узора на полу. Ненависть затмила мне глаза и я боялась взглянуть в глаза Мисахыну, но не потому что боялась, а потому что была уверена - он увидит, поймет, обнаружит раньше времени то, что я хочу сделать с ним.
– Смотри на меня, когда говоришь с королём! – заорал он так внезапно, что я дернулась и, расширенными от испуга глазами, уставилась на него. Дыхание сводило и сердце билось словно заведенное.