Но такому количеству людей некуда было деться так быстро, послышались удары хлыста, окрики стражников и болезненные крики крестьян. Мне некуда было бежать, толпа всё ещё окружала меня как стена. Я уже видела копыта лошадей, приближавшихся ко мне и приготовилась ощутить жгучий удар плети, прикрыв голову руками, как услыхала крик:
– Служанка из Чайного Домика Ми Юн, ты ли это?
Медленно подняв голову, я увидела Хё. Он торжественно гарцевал на лошади вокруг меня.
– Ты вынесла имущество императора за пределы дворца и устроила тут мятеж? – злорадно ухмыльнулся он. Я похолодела - Хё определенно понял, что я лишь помогала нуждающимся, но теперь у него были все козыри на руках против меня, а никакой благосклонности я и так от него никогда не получала.
Я кинулась на колени и пала ниц.
– Пощадите, ваше высочество!
– Ха! – воскликнул третий принц. – Думаешь, тебе всё всегда будет сходить с рук? Воры должны быть наказаны по всей строгости закона. Стража, взять её!
Меня приволокли к самому входу в Чайный Домик, откуда тут же выбежала сонная Вон, наспех закутанная в спальный ханбок. Стража бросила меня прямо к её ногам. Я вскочила и пригнулась в поклоне, всхлипывая от пережитого.
– Ваше высочество! Что случилось? – воскликнула она, оглядывая процессию.
Лю Хё неспеша подошёл и встал рядом со мной.
– Разве вы не предупреждали ваших служанок о том, что покидать пределы императора дворца не дозволяется?
Наложница Вон нахмурилась и посмотрела долгим взглядом на меня.
– Да, это так, ваше высочество, – она вновь поклонилась принцу. – Однако, я попросила Ми Юн отнести лечебные мази во дворец Чхон-Чхон, предназначенные наложнице Э, поскольку та получила солнечный ожог.
Брови Лю Хё удивлённо поползли наверх.
– Да вы издеваетесь? Вы хоть знаете, где я нашёл её? Она наносила вашу драгоценную мазь какой-то простолюдинке.
Складка залегла посередине лба наложницы Вон и она сказала:
– Видимо, служанка оказалась настолько глупа, не смогла придумать способ обогнуть придворцовую площадь и попала в самую гущу толпы. У нее не было иного выбора, чтобы сохранить свою жизнь.
Я стояла ни жива-ни мертва. Было очевидно, что это обман, но Вон имела привилегированный статус и наказывать её принц не имел права. Это мог сделать лишь император, однако, они оба понимали, что сейчас не время тревожить его по таким пустякам.
Третий принц почти рычал.
– Однажды, вы уже поплатились своим местом быть рядом с императором, я обещаю вам, что скоро вы заплатите за все! И я и моя матушка об этом позаботимся.
На лице наложницы не дрогнул ни один мускул, она лишь смотрела в пол, однако, я заметила, как напряжены её сложенные в кулак пальцы, на которых даже костяшки побелели. Но ее выдержке я могла лишь позавидовать:
– Ваше высочество, в пределах Чайного Домика хозяйкой являюсь я. Обязуюсь наказать провинившуюся служанку по всей строгости закона. Если вам так станет легче, – последние слова наложница промолвила немного издевательским тоном, впрочем, придраться было к ней невозможно.
Она стояла в поклоне перед Лю Хё и ничем не выдавала неуважительного отношения. Я затаила дыхание, краем глаза наблюдая за Хё и не смея поднять глаз. Третий принц был вне себя от бешенства, но впадать в истерику королевской особе было непозволительно, так что, скрипя зубами, он развернулся и быстрым шагом покинул территорию Чайного Домика.
Наложница Вон не выпрямлялась до тех пор, пока он не скрылся из виду, после чего тоже развернулась и отправилась внутрь, не обращая на меня никакого внимания. Я бросилась вслед.
– Наложница Вон, подождите! Позвольте вас поблагодарить.
Женщина остановилась и медленно повернулась ко мне, одаривая холодным взглядом. Я, не зная, как реагировать, уже не так уверенно пробормотала:
– Если бы не вы, я не знаю, как бы выкрутилась…
Однако, договорить я не смогла.
Наложница отвесила мне звонкую оплеуху, от чего у меня на мгновение потемнело в глазах. Жгучая боль обожгла щеку, а глаза тут же застлали слезы обиды.
Глава 33.
– За что? – лишь с обидой прошептала я, прикладывая руку к горячей щеке. – Что я сделала плохого? Я лишь хотела помочь людям. Они всё там страдают от солнечных ран, пока придворные дамы продолжают пить чай, как ни в чем не бывало!
Поток слез хлынул из глаз и я уже не могла говорить.
– Я же предупреждала! – зашипела наложница. – Я говорила, что сейчас нельзя покидать дворец. Но я знала, чувствовала, что ты ослушаешься и поэтому запретила даже выходить из Чайного Домика, пока всё не уляжется, но ты всё равно сбежала! Тебя могла растерзать толпа или убить стражники!