— Кто будет говорить первым? — спросил я, оглядывая собравшихся.
Невысокий мужчина со шрамом на щеке сделал шаг вперёд.
— Я, Павел Горюнов из Дербышей, — начал он, нервно теребя шапку в руках. — У меня пропало дедовское кольцо, серебряное, с синим камнем. Семейная ценность, от пра-прадеда досталось. Он его ещё в турецком походе добыл.
— Когда оно пропало? — спросил я.
— Вчера, во время праздника. Всегда ношу его на мизинце, — он показал руку. — А к вечеру глянул — палец есть, кольца нет. Всю округу обыскал, все места, где сидел, проверил. Как сквозь землю провалилось.
Горюнов бросил гневный взгляд на мужика с окладистой бородой по другую сторону от стола.
— А потом Ванька Бугров хвастался перед своими, что знает, где моё кольцо. Ясно же — он украл! Их деревенские всегда такими были. Ещё мой дед говаривал, чуть зазевайся, они портки на лету срежут!
Бородач дёрнулся вперёд, но Тихон удержал его за плечо.
— Не смей клепать на меня! — рыкнул Бугров. — Ничего я не крал! Да, я сказал, что знаю, где твоё кольцо, потому что видел, как ты сам…
— Довольно! — прервал я его. — Твоя очередь ещё придёт. Павел, есть что добавить?
Горюнов покрутил в руках шапку.
— Ничего более. Пропало дедово кольцо, — по второму кругу повторил он для верности, — а этот, — он кивнул на Бугрова, — хвалился, что знает, где оно. А потом отпираться начал. Все слышали!
— Хорошо, — я повернулся к бородачу. — Теперь ты, Иван. Говори.
Бугров расправил плечи, глядя мне прямо в глаза.
— Я сказал, что знаю, где его кольцо, потому что видел, как он вечером за амбаром там… маялся. Уж прости за грубое слово, воевода, — он слегка поклонился. — Нажрался, как свинья, а теперь честных людей порочит.
— Врёшь! — выкрикнул Горюнов. — Я там вообще не был! Точнее… Не ночью!
— Молчать! — рявкнул я. — Ещё одно слово без разрешения, и оба пойдёте вон.
Оба мужика притихли, но продолжали сверлить друг друга взглядами. Вокруг нас уже собралась внушительная толпа — почти вся деревня и гости, оставшиеся после праздника.
— Иван, — продолжил я, — ты утверждаешь, что видел Горюнова пьяным за амбаром. Когда это было?
— Примерно когда костёр разожгли. Я туда за дровами ходил.
— И ты уверен, что это был именно он?
— Ну… темновато было, — признался Бугров, почёсывая бороду, — но фигура похожая, и одежда та же. Помню, он в красной рубахе был.
— И ты решил, что он там кольцо потерял?
— Ага. Мог обронить, когда… ну, сам знаешь, харчи метал.
Я откинулся на скамье, мысленно обращаясь к Скальду. Ворон, делавший вид, что его не интересует происходящее, лениво повернул голову.
«Слышал спор?» — спросил я мысленно.
«Каждое скучное слово», — отозвался ворон с лёгким раздражением.
«Ты не видел серебряное кольцо с синим камнем? Летал вчера над деревней?»
«Летал. Охотился. И да, видел кое-что занятное за амбаром».
«Этого болезного?» — уточнил я.
«И его тоже. Люди такие забавные в подобной… м-м… ситуации. Особенно тот тип. Я запомнил его, потому что у него вся борода… Ну, да неважно».
Я заметил, что сижу с опущенной головой и слегка нахмуренными бровями — видимо, со стороны выглядело так, будто я глубоко задумался. Подняв глаза, увидел, что собравшиеся с нетерпением ждут моего решения.
В этот момент Скальд спикировал мне на плечо и громко каркнул, затем ещё раз, склонив голову набок и глядя на меня блестящими глазами.
«А кольцо видел?»
«Может быть. Что мне за это будет?»
— Гляньте-ка! — восхищённо прошептал кто-то в толпе. — Он с вороном разговаривает!
— Ворожба какая-то, — крестясь, пробормотала старуха. — Варг вестимо!
— Ох, мамка родимая, — раздался удивлённый возглас, — воевода птичий язык понимает!
Я мысленно вздохнул.
«Лучшие орешки и кусочек вяленого мяса».
«Сейчас вернусь», — ворон резким хлопком бросил себя в воздух.
Сделав круг над головами изумлённых зрителей, он устремился в сторону амбара. Вернулся через минуту, неся что-то блестящее в клюве. Плавно опустившись на плечо, ворон аккуратно положил в протянутую ладонь серебряное кольцо с тёмно-синим камнем.
По толпе пронёсся благоговейный вздох.
— Колдовство, — восхищённо протянул мальчишка, стоявший в первом ряду.
— Божья сила, — поправила его Агафья. — Воевода с птицами небесными общается!
Горюнов подался вперёд, узнав свою пропажу.
— Моё кольцо! — воскликнул он с облегчением. — Но откуда…
Я взглянул на Бугрова, отметив его растерянность.
— Ты прав, Иван, — произнёс я. — Павел Горюнов действительно был вчера за амбаром…