– Подкрепление прибыло! – послышался доклад одного из бойцов со стороны входной двери.
– Всё, поехали, время пришло показать кое-кому, чего на самом деле они стоят… – рыкнул полковник и, тяжело ступая, направился на выход вместе с Зыковым, оставив людей разбираться с этим тайным логовом, но на полпути он остановился и поинтересовался:
– Кстати, а что там с Марией?
– Всё нормально, похитителей она не интересовала. Сейчас она вместе с операми вскрывает сейфы.
– Слушай, давай её с собой возьмём. Пусть насладится зрелищем, как известные деятели под себя ходить будут, – со смехом, высказался он и, увидев ответную ухмылку, вернулся обратно. Быстро найдя девушку, втроём покинули подвал и, устроившись в салоне микроавтобуса, понеслись в центр города.
Спустя пару часов машина остановилась у входа в штаб-квартиру, и из неё вышли двое мужчин и одна девушка. Они поддерживали под руки молодого парня и помогли болезному подняться по ступенькам. Открыв дверь парадного входа, они вошли в здание и, не задерживаясь у поста охраны, пошли дальше, прямо к кабинету, где обычно находились Михаил Нерлин и его политтехнолог. Оказавшись у двери, они зловеще между собой переглянулись, и Бобёр деликатно постучал.
– Да, войдите.
Бобёр медленно опустил вниз ручку и, толкнув дверь от себя, прихрамывая вошёл в помещение… Оглядев замерших политиков, он преувеличенно вежливо произнёс:
– Здравствуйте, господа! Вы себе даже не представляете, как я ждал нашей с вами встречи…
Нерлин и Збигнев удивлённо переглянулись между собой, причём на их лицах можно было заметить тщательно скрываемый испуг, но полковник не стал затягивать мизансцену и резко отдал команду:
– Взять их!
Мария и Зыков молниеносно подскочили к политикам, синхронно сбросив на пол их тушки, и, заведя за спину руки, сковали конечности стальными браслетами, а затем с явным наслаждением уселись на них верхом.
– Что вы себе позволяете?! Это же прямое нарушение закона! Я – депутат Сената, лицо неприкосновенное. Вы, господин Бобров, за это ответите по всей строгости закона! – задёргавшись, завопил глава Партии правых либералов, стараясь скинуть с себя Зыкова.
– Ой, боюсь-боюсь-боюсь! У меня аж поджилки от страха задрожали, того и гляди в обморок упаду, – шутливым тоном высказался полковник, еле сдерживая вырывающийся наружу смех, но быстро взяв себя в руки, подошёл к Нерлину и, присев рядом с ним, взял того за волосы и, приподняв голову, пристально посмотрел ему в глаза и заговорил: – Чья бы корова мычала, а твоя помолчала. Не тебе, урод, ссылаться на закон. Вы же меня хотели грохнуть, хотя у нас с вами была совсем другая договорённость. Это хорошо ещё, что я на всякий случай подстраховался и теперь имею целую гору компромата на вас. Правда, мне пришлось пережить крайне неприятное собеседование с вашим специалистом для деликатных поручений, но уж когда я передам всё это дерьмо в правоохранительные органы, ваша избирательная кампания провалится с треском. Знаете ли, победить на выборах, находясь за решёткой по обвинению в похищении человека, просто невозможно. Вот это и есть ваша ближайшая перспектива.
– Не делайте этого! – задёргавшись с новой силой, выкрикнул господин Нерлин. – Давайте поговорим как деловые люди, которыми мы на самом деле и являемся.
– Предлагайте, а я вас внимательно послушаю, – равнодушно согласился Бобёр, с презрением глядя на своего пленника.
– Хотите, мы вас сделаем премьер-министром с широким кругом полномочий?
– Не интересует. После победы на выборах вы свободно сможете нарушить наши договорённости и сместить меня с поста, да и вообще ликвидировать, используя в полном объёме возможности российских спецслужб. Предлагайте что-то другое… – не согласился Бобёр.
– Тогда, может быть, деньги? Много денег… – неуверенно глядя на полковника, полушёпотом поинтересовался политик. – Например, миллиард рублей вас устроит?
– Деньги, говоришь… – пробурчал себе под нос Бобёр. – Хорошо, пусть будут деньги, только означенную сумму следует помножить на десять, и тогда мы с вами разойдёмся, как в море корабли.
– Да вы что, с ума сошли?! Это же половина официального партийного бюджета, предусмотренного законом на избирательную кампанию!
– Ой, Мишаня, только не надо прибедняться. Помимо официального бюджета есть ещё и неофициальные фонды, которые в разы превышают официальные, так что сумма в десять миллиардов для вас вполне подъёмная. Кстати, могу принять и золотом по нынешнему курсу. Всякие акции, векселя и тому подобные бумажные фантики не предлагать. Они мне просто не нужны, – с циничной ухмылкой заявил Бобёр, краем глаза наблюдая, как у Зыкова глаза округлились от озвученной суммы.