– Да, бог с вами, Тимофей Константинович, выводите, да только народ всё равно в очередной раз проголосует против вас. Вы и так на этих выборах добились максимально возможного числа голосов, – вмешался ещё один мужчина, всем своим видом выражая антипатию к депутату от Либеральной партии.
– Мнением народа нынешняя власть в лице главы Сената Фармера умело манипулирует, и отсюда такой прискорбный результат.
– Подождите, вы что же, считаете российский народ глупым и неспособным разобраться, за кого надо отдавать свой голос? – вкрадчиво поинтересовался у депутата Алексей Анатольевич, с прищуром глядя на своего оппонента.
– Конечно! Основная серая масса совершенно не способна самостоятельно определять своё будущее, для этого есть мы, либерально настроенная интеллигенция! – в запале выказал своё мнение депутат и, войдя раж, добавил: – Если народ этого не понимает сейчас, значит, поймёт потом, а сейчас просто жизненно необходимо сместить Фармера-старшего и его карманную партию, сплошь состоящую из чиновников, воров и жуликов, даже если нам для этого придётся устроить настоящую революцию!
– Дожили! Теперь либералы вкупе с демократами желают учинить в России очередную кровавую резню и на этой волне прийти к власти в стране, – с огорчением покачивая головой, воскликнул не участвовавший до этого в разговоре мужчина. – Уважаемый депутат от Либеральной партии, а вам, случаем, не напомнить, что любая революция приводит к разрухе и обнищанию народа? Быть может, вам ещё напомнить, где оказываются сами революционеры?
– И где же, Василий Иванович? – с недоумением поинтересовалась миловидная дама средних лет.
– Надежда Николаевна, разумеется, на плахе или в застенках, по крайней мере большинство из них. В любом случае результаты любой революции ужасны, даже если делается она исходя из возвышенных соображений. Вы ведь знаете, сударыня, крылатую поговорку: «Благими намерениями вымощена дорога в ад»?
– Да ну вас, Василий Иванович! Всё настроение испортили, – чуть наморщив носик, проворчала женщина, отвернув в сторону свой взгляд.
– Это не я, а наш многоуважаемый депутат политику затронул, я лишь напомнил ему, куда и в какую пропасть ведёт любая революция, не более того, – примирительно воздев вверх руки, ответил мужчина, смущённо улыбнувшись даме.
– Господа, господа, оставьте, в конце концов, вашу злосчастную политику! Мы ведь собрались на годовщину брака Марии Александровны и Алексея Ефимовича, и говорить на столь знаменательном событии о политике дурной тон! – потребовала Надежда Николаевна, грозно посматривая на затеявших политическую дискуссию мужчин.
– И то верно, – согласился Алексей Анатольевич и вновь пригубил стакан виски.
Став свидетелем этого разговора, Бобёр, никогда особо не интересовавшийся политикой, неожиданно для себя ощутил внутреннее беспокойство, особенно от желания некоторых устроить революцию. Сделав для себя некоторые выводы из произошедшей на его глазах дискуссии, подполковник решил в самое ближайшее время ознакомиться с политической ситуацией в стране и в случае необходимости пройти курсы политологии и существующих предвыборных технологий.
В этот момент гостей пригласили к накрытому столу, и все присутствующие, негромко переговариваясь, вошли в большой зал, в котором их уже ожидали юбиляры, только отсутствовала их любимая дочь Екатерина Борн…
Поздравив вице-адмирала с супругой, Бобёр с интересом присматривался к присутствующим и достаточно быстро понял, что здесь собрались практически одни гражданские лица, за исключением самого хозяина и Василия Ивановича, беседовавшего в гостиной с депутатом от Либеральной партии. Здесь были двое театральных критиков, одна журналистка с продюсером, а остальные были предпринимателями. Одним словом, странная компания, особенно для боевого адмирала. Отсутствие сослуживцев вызвало много вопросов и ни одного ответа…
Погостив ещё полтора часа, молодой человек дружелюбно попрощался с хозяевами и направился на выход. Открыв парадную дверь, Бобёр нос к носу столкнулся с девушкой.