Полковник, будучи вполне разумным человеком, не стал брать управление на себя, полностью доверившись адмиралу Ивашутину и его штабу, состоявшему из военных профессионалов, именно по этой причине он не поехал к пункту управления, а направился с двумя группами к банкам, желая восстановить попранную справедливость. Прибыв на место, Бобёр остановил головную машину, в которой находился, и, осмотрев в бинокль прямую улицу, отдал отмашку, после чего длинная колонна понеслась вперёд.
В течение получаса его бойцы перекрыли все подходы. Проверив организованную оборону и высказав несколько замечаний, полковник отдал команду подогнать к банку, в котором хранились его деньги, грузовик, на котором было установлено мощное безоткатное орудие, а затем вместе с сотней решительно настроенных парней спокойно поднялся по лестнице и вошёл в холл. Зал был пуст, и только за стойкой находился один клерк, испуганно глядевший на ворвавшуюся хорошо вооруженную толпу мужчин. Бойцы без всякой команды взяли все ходы под охрану и приготовились продолжить движение, ежесекундно ожидая нападения. Дождавшись, когда движение и лязг оружия прекратится, полковник подошёл к клерку и с хищной ухмылкой поинтересовался:
– Уважаемый, случаем, не подскажешь, как мне найти управляющего вашим банком?
– Господин Максимилиан Бекман находится у себя в офисе на двенадцатом этаже, – испуганно проблеял молодой парень брутальной наружности с ярко выраженными итальянскими чертами лица.
Полковник не первый раз сталкивался с такой реакцией внешне брутальных и холёных красавчиков. Они чаще всего только и годны были, что производить первое приятное впечатление или красоваться на рекламных плакатах, но как воины скорее были ничтожествами и опасной обузой, неспособной выполнить свой воинский долг до конца.
Оставив полтора десятка бойцов охранять выход, Бобёр направил группы по двум лестницам наверх и одной в подвальное помещение, где находились банковские ячейки и хранилище, а сам вместе с Андреем и тройкой парней зашёл в лифт и поехал на нужный ему этаж. Выйдя на нужном этаже, они обезоружили пост охраны, даже не подумавшей оказать какое-либо сопротивление, и, найдя кабинет управляющего, дружно ввалились в приёмную, где миловидная секретарша громко ойкнула и скрылась под столом.
Не став обращать никакого внимания на испуганную девицу, Бобёр оставил троих бойцов в приёмной и вместе с Андреем вошёл в кабинет. Подойдя к столу, изготовленному из цельного дерева, за которым находился потерявший дар речи Бекман, обратился к нему с ехидной ухмылкой:
– Я вижу, дорогой Максимилиан, вы совсем не рады моему визиту.
Не придумав ничего лучше, управляющий, пребывающий в шоковом состоянии, непрерывно нажимал на кнопку вызова охраны, но её так и не было…
– Не стоит так нервничать, охраны не будет, она обезоружена.
– Зачем вы пришли?! – подскочив на месте, суматошно завопил банкир, глядя безумными глазами на ограбленного вкладчика.
– Разумеется, за своими деньгами, господин Бекман, – ухмыляясь ещё больше, ответил Бобёр и, помолчав минуту, добавил: – Не только за моими, но и всех граждан России, ограбленных Швейцарской республикой.
– Вы что, хотите ограбить наш банк?! – истерично завопил руководитель местного офисного планктона.
– Ну что вы, дорогой Максимилиан, я не такой мелочный, как вы могли подумать… Я пришёл, чтобы ограбить вообще ВСЕ банки Нового Цюриха, но это скорее компенсация за моральный ущерб за беспардонное ограбление вкладчиков из России.
– Что, прямо все до единого?! – не веря своим ушам, воскликнул банкир с побелевшим от ужаса лицом.
– Повторяю, я мелочиться не собираюсь, ясно вам, господин Бекман?
Управляющий, и так находящийся почти что в шоковом состоянии, закатил глаза и как подкошенный рухнул на пол. Бобёр, перепрыгнув через стол, склонился над ним и пощупал пульс. Он был жив, только потерял сознание, не выдержав грубых реалий бытия. Такие, как этот банкир, всю свою жизнь думают, что являются пупом земли, и, опираясь на продажных политиков, правят миром, но сталкиваясь с грубой реальностью, впадают в ступор.
Вылив на голову банкира графин холодной воды и похлопав его по щекам, полковник привёл его в чувство и потребовал открыть подземное хранилище, но оказалось всё не так просто, как думалось ему изначально. Хранилище могли открыть только три человека одновременно, и двоих из них на Новом Цюрихе в настоящее время не было. Пришлось действовать по старинке, загнав в подвал строительный плазменный резак, и заняться вскрытием бронированной двери, больше похожей на огромные ворота.