– Добрый день, уважаемые соратники! Мы сегодня собрались в узком кругу, чтобы определиться с дальнейшей нашей стратегией, – начал свою речь личный полит-технолог господина Михаила Нерлина, Збигнев Казимеж, и, оглядев немногочисленных присутствующих, грустно вздохнул и заговорил вновь:
– Уважаемые дамы и господа, то, о чём мы будем говорить сейчас, не должно выйти за пределы нашего круга. Исходя из последних соцопросов, наша партия на предстоящих выборах в Сенат неизбежно потерпит поражение, хотя мы благодаря акциям протеста и прибавили в свою копилку примерно восемь процентов голосов избирателей, но этого явно недостаточно. Нам нужны ваши смелые предложения, как изменить эту печальную картину. Наш народ, к глубокому сожалению, крайне тёмен в политических вопросах и не понимает своего счастья в лице нашей Партии правых либералов. Он слишком зациклен на своей государственности, и эту постыдную черту русского народа никак не удаётся преодолеть.
Толкнув речь, американец польского происхождения выпил стакан воды и, пристально оглядев притихших партийных активистов, опять заговорил:
– Для выработки идей отводится два часа, по истечении которых каждый из вас войдёт в кабинет и изложит свою мысль мне и уважаемому Михаилу Нерлину. Желаю вам всем креативного подхода в решении поставленной задачи. Успехов вам, дамы и господа. Имейте в виду, удачная мысль будет достойно вознаграждена…
Спустившись с трибуны, Збигнев Казимеж вместе с Нерлиным покинули малый зал, оставив активистов в задумчивости морщить свои лбы. Это было любопытное зрелище. Люди разных возрастов и социальных групп в полной тишине, нарушаемой только поскрипыванием шариковых ручек и ёрзанием в креслах пятых точек, не переговаривались между собой. По всей вероятности, каждый из них страстно желал единолично получить обещанное вознаграждение, проявляя в этом вопросе сугубый индивидуализм.
Все два часа Бобёр откровенно скучал. Он сразу определил для себя, чем можно было заинтересовать дельцов от политики. Единственное, что не давало ему уснуть в кресле, так это наблюдение за активистами, до предела напрягающими свой мыслительный аппарат. Это было забавно…
Как только отведённое для обдумывания время вышло, в зале появился политтехнолог и пригласил заходить по одному в его кабинет. Полковник первым не пошёл, он пошёл последним и, оказавшись наедине с Михаилом Нерлиным и его ближайшим консультантом, поздоровался и, устроившись в кресле, высказал свои мысли:
– Тут у меня возникла одна идея, и, если её воплотить в жизнь, думаю, вполне возможно переломить ситуацию в нашу пользу.
– Пожалуйста, будьте конкретнее, – поторопил молодого человека Збигнев Казимеж, с интересом рассматривая своего собеседника.
– Как вы помните, меня чуть не похитили вместе с Зурабовым и Смирновым, но мне удалось выскользнуть. Кстати, мои люди ведут параллельное расследование, но пока безрезультатно. Адмиралы как в воду канули.
– Очень даже хорошо помню, – хмуро ответил Нерлин, – потеря таких видных представителей армейских кругов нанесла нашей партии непоправимый урон.
– Позвольте я продолжу? – спокойно перебил его Бобёр и, получив одобрение в виде кивка головы, продолжил свою мысль: – Что, если организовать моё похищение? Как мне кажется, если это дело провернуть демонстративно в присутствии независимых журналистов, скандал должен разгореться грандиозный.
Лидер Партии правых либералов и его ведущий политтехнолог переглянулись между собой и вновь устремили свои взоры на молодого человека, и Збигнев Казимеж с глубокой задумчивостью протянул:
– А что? Мысль очень даже интересная и заслуживает самого пристального внимания…
– Согласен с вами, только у меня есть одно замечание. Похищение должно сопровождаться гибелью ваших личных охранников, а ещё лучше, если помимо них пострадают и посторонние люди, – вмешался в разговор господин Нерлин, с одобрением кивая головой.
– Ну, нет! Своих охранников на гибель я не отправлю, – категорично заявил полковник, в упор глядя на обоих политиков.
– Да и не надо. Мы прекрасно понимаем, у вас в охране надёжные люди, а это по нынешним временам большая редкость. Мы вам предоставим наших активистов. Мало того, наши люди совершат ваше похищение, так что всё будет в самом лучшем виде, а уж мы постараемся раздуть скандал до вселенских масштабов. Будьте уверены, мы это обязательно сделаем и поднимем наш рейтинг на небывалую высоту, – самодовольно высказался Нерлин и, подмигнув своему политтехнологу, вновь обратился к полковнику: – Возвращайтесь домой и предоставьте нам все организационные вопросы. Как только похищение будет подготовлено, мы вам сообщим. Не смею вас больше задерживать, молодой человек, и спасибо вам за удачную мысль.