– Я полностью разделяю ваше мнение, – подала голос пожилая дама, которую раньше майор никогда не видел. – Доставленные зёрна кофе и какао-бобов вместе с методиками их выращивания обещают на будущий год отличный результат. Помимо этого, сахарная свекла очень хорошо прижилась, и через несколько лет у нас будет настоящий сахар, а не его заменитель, а это, как вы понимаете, очень большой шаг вперёд. С картофелем пока есть некоторые сложности, но в скором времени и они будут разрешены.
– Согласен, – одобрительно качнув головой, заметил Михаил Александрович и, помолчав некоторое время, распорядился: – В общем так, товарищи, для решения наших проблем выделяем три с половиной тонны золота и две сотни килограммов необработанных алмазов. Если есть возражения, прошу высказаться прямо сейчас, потом ваши протесты к рассмотрению приняты не будут, имейте это в виду.
Не дождавшись от членов Совета ни одного возражения, Михаил Александрович поднялся на ноги и, оглядев всех присутствующих, повернулся в сторону майора и официальным тоном обратился к нему:
– Единогласным решением Совета мы вверяем вам наши средства и надеемся, что вы ими распорядитесь так, как это необходимо для развития колонии и Бастиона.
Поднявшись, молодой человек одёрнул армейский комбинезон и таким же официальным тоном ответил:
– Товарищи, благодарю вас за оказанное доверие, лично для меня это большая честь. Обязуюсь в полной мере оправдать его, правда, у меня есть один вопрос. Почему у планеты нет своего названия? Это неправильно…
– Действительно нет, – озадаченно протянул Яков Валентинович Рядин, бросая ошеломленный взгляд на остальных членов Совета.
– Это упущение необходимо незамедлительно исправить, – решительно заявил Бобёр, присаживаясь обратно на своё место.
– А лично вы какое бы дали название колонии? – поинтересовалась пожилая дама, крайне заинтересованно посматривая на молодого человека.
– Лично я бы назвал планету Надежда.
– Очень точно подмечено! – воскликнул Рядин, эмоционально хлопнув себя по бедру.
– Есть другие предложения? – обратился Михаил Александрович ко всем присутствующим и, не дождавшись отклика, произнёс: – В таком случае единогласным решением уполномоченных лиц нарекаю нашу планету Надеждой! Попрошу всех членов Совета довести всем, что отныне мы все являемся жителями Надежды. Срок исполнения – два дня.
– На этом позвольте заседание Совета считать закрытым. Следующее собрание состоится через десять дней, – церемониально произнес Яков Валентинович.
Вернувшись в полном одиночестве в отведенные для него апартаменты, Бобер устало рухнул в кресло и вновь открыл аналитические материалы, касающиеся проведенных маневров, и глубоко задумался. С технической точки зрения боевые корабли были куда совершеннее и мощнее, чем всё то, чем на сегодняшний день владело человечество, правда, ненамного, но всё же. Эта малость в бою могла стать решающим аргументом, но в данном случае техническое преимущество ровным счётом ничего не стоило. Всё упиралось в подготовку личного состава, вернее в её отсутствие, хотя его качество было очень высоким, особенно это касалось морально-волевых характеристик, и поэтому простой заменой командного состава проблему решить было нельзя. Надо было искать несколько иное решение проблемы…
Отвинтив крышку бутылки коньяка, Бобер не стал утруждать себя поиском стакана и, сделав несколько глотков, поставил её на стол. Спустя некоторое время майор тихо задался вопросом:
– А что если пропускать личный состав малыми партиями через планету-полигон и реалити-шоу? Точно! Завтра с утра начну формирование первой группы.
На следующий день он выловил Михаила Александровича и, поделившись с ним своим замыслом, получил полное одобрение своим замыслам, после чего отложив все остальные дела, вплотную занялся подбором кандидатов. Затратив ещё неделю на формирование первой команды и проведя тщательный инструктаж, Бобер и Михаил Александрович вместе с восьмьюдесятью пятью бойцами стартовали на планету-полигон.
Посадив свой корабль на импровизированный космодром, майор встретил Тюленя и, выяснив у того текущее положение дел, отдал под его команду пополнение, после чего занялся инспекцией полигона. Взяв глайдер, он отправился непосредственно на сам учебный полигон, желая лично посмотреть на учебные занятия наёмников.