– В атаку! – сказал Фридрих, посылая уланскую кавалерию.
– В АТАК-У-У-У! – разумеется, вызвав сначала у пациента испуг и шок, он же и попытался его излечить, призвав себе на вооружение известное выражение Суворова «Пуля – дура, штык молодец!». Не успел даже начать развеиваться туман, как на врага, испуганного и сбитого с толку предыдущим залпом, накинулись страшные уродцы в одноцветной серой одежде, убогой и странной, чтобы подкрепить эффект – в первую очередь, в гущу сражения была направлена колонна (та самая, что под контролем Сергия) и, как это ни странно, все конные резервы. С фронта же их ждала штыковая атака солдат Луки. Правый фланг противника, зажатый между молотом и наковальней, быстро развалился под безумным натиском солдат (как говорится, загнанный зверь – самое опасное из существ).
Впрочем, недолго продержался и левый фланг крестоносцев, не выдержавший стремительной атаки кавалерии при поддержке вышеупомянутой колонны, а также артиллерии (она была достаточно мобильна, чтобы тут же сменить свой сектор обстрела). Наконец, потеряв оба фланга, рухнул и центр крестоносцев.
Таким образом, важнейшее сражение войны было выиграно в два действия (а если быть точнее, то этому предшествовал целый комплекс событий, о части которых мы вам и сообщили в обобщённом виде)!
Глава 32. Ужасы войны
… Немногим ранее …
– Ваше Величество, как думаете, почему они выстроились подобным глупым образом? У них же теперь остальная часть войска распласталась по всему полю в две-три шеренги. Неужели они думают, что при подобной глубине построения смогут выстоять против мощи рыцарского тарана? – пожалуйста, познакомьтесь – рыцарь Б, но можно просто «Мясо». Как видите, он, дожидаясь подхода и развёртывания остальных частей в боевые порядки, решил немножко отдохнуть.
– Какая разница? Ты только посмотри на них – они даже не делают вида, что готовятся к обороне. Они просто стоят. Видимо, они поняли всю безысходность их борьбы и теперь, разочаровавшись в своём командире, принимают наше превосходство. Одного не пойму – к чему медлить против таких противников? Они же буквально как цветы – их надо рвать, пока они сами не завяли, – естественно, не он один. Вся конница здесь, вопреки здравому смыслу, находилась в состоянии абсолютной расслабленности. По какой-то причине никто не воспринимал противника всерьёз. И, пускай это и бесило некоторых отдельных граждан, одарённых умом и порядочностью более чем прочих, ничего поделать те не могли, несмотря на все увещевания.
– Да уж, чего у них не отнять, так это разочарования. Несмотря на хорошее начало, по-видимому, Фридрих не чета своему дедушке, прежнему герцогу Эйсенскому. Что же, теперь уже это неважно. Мы, рыцари божьи, накажем его за наглость, оказанную им в отношении веры! – воскликнул рыцарь Б, воодушевившись перед битвой привычной для тех времён репликой про бога и священную миссию рыцарей.
– Естественно, друг мой, во имя веры! Как-никак, герцог посрамил истинную веру – разграбил церкви, обидел многих клириков, поставив их под свой прямой контроль, а также поработив свой народ, обложив его налогами! – рыцарь А же, услышав подобное от молодого юноши, лишь посмеялся от всей души. Впрочем, его также не смущала предстоящая битва – он уже считал её выигранной. Понимание войны, опыт и военные привычки, не позволили ему понять, что же происходит на самом деле. Впрочем, не стоит его винить за это – он явно не ожидал, что пришелец из другой Земли, да ещё и из далёкого будущего, организует переворот в военном деле, забив последнюю крышку в гроб рыцарства.
– Ах, а вот и наш черёд, Пинчетти! Вперёд, защитим же рыцарскую гордость! – действительно, вот и их черёд. Как только закончилось развёртывание баталий, так сразу же прозвучал сигнал к атаке конницы. Той самой…
– В АТАКУ!!! – и поскакала масса рыцарей на своего врага. В последнюю свою атаку полетели крылья кавалерии!
– Пли! – однако, недолго оставалось их славе могучим колоссом шагать. Прозвучал громогласный наказ. Полетели пули во все стороны, и атака, которая должна была уничтожить врага, вмиг отомстила тому, кто не внял разума совету. Из трёх с половиной тысяч рыцарей выжило лишь несколько сотен. Их атака попросту захлебнулась в собственной крови. Всюду стонали люди. Кто остался без рук, кто без ног, а кому и вовсе пробило лёгкое. Они истекали кровью, буквально умирая в немыслимой агонии, пока в их телах догорал последний тлеющий огонёк жизни. Везунчикам – мгновенная смерть от попадания пулей в голову или сердце. Ещё недавно они смеялись, ожидая своего триумфа, а теперь они, залитые кровью, превратились в тупое мясо, изрешечённое безжалостной картечью и пулями…