Глава 41. Killer Queen
… Следующим утром, в обеденной комнате …
– Итак, Карла фон Либкнехт, насколько я знаю, ты приехала сюда, чтобы заручиться моей поддержкой в случае твоего возвращения, так? – Фридрих, сидевший на своём шикарном троне, выглядел просто шикарно. Вероятно, потому, что он, грязный и плохо пахнущий после длинной дороги, теперь был, наконец-то, очищен от всей той падали, что скрывала его природную красоту. Разумеется, подобный контраст между вчерашним грязным солдатом и сегодняшним денди (чего только не сделаешь ради бренда имени себя) стал шокирующим для юной принцессы, еле удержавшей себя в руках.
– А? А, вы про мою цель визита… да, мой дорогой брат, я прибыла сюда просить вас о помощи в восстановлении моих законных прав на отцовское наследство, – впрочем, ей также помогло и каменное лицо Фридриха, взгляд которого был прикован к небольшой рельефной модели Балкан, на которой он расставлял разные фигурки…
– И зачем же мне это делать? – пока, наконец, не был задан главный вопрос. К тому моменту, кстати, были расставлены все фигуры, а последней из них – сама Карла.
– Раз уж я решила быть с вами честной, поведаю вам правду, не сокрыв и песчинки её – вы холостяк. Я уже сказала вам это вчера, но повторюсь снова – вам нужен наследник. Не ради сохранения своего наследства и древнейшего аристократического рода, а ради продолжения вашего же правления – вашим соратникам нужна стабильность. Сейчас, заполучив столь много, они желают закрепить за собой свои приобретения, для чего им нужно, чтобы у вас был законный наследник. Именно потому их столь нервирует ваша охота до военных авантюр, разве вы не понимаете этого? – Карла, выпившая пару другую стаканчиков других для уверенности перед этим, уже ничего не боясь, выпалила всё это Фридриху, видимо, надеясь на мгновенное «Да».
– Дорогая сестра, с чего вы решили, что вы – лучшая кандидатура? Мне в жёны предлагал свою сестру сам Император, эрцгерцог Австрии. Мне предлагали в жёны своих дочерей, причём по очереди, герцог Бургундский, Карл де Валуа по прозвищу «Смелый», курфюрст Саксонии, Фридрих фон Веттин по прозвищу «Сильный», король Чехии, Вацлав II Пржемыслович по прозвищу «Безземельный», а также многие другие. Итак, дорогая сестра, скажите-ка мне ещё раз – почему вы считаете, что ваше предложение для меня подходит гораздо лучше? – разумеется, этого не произошло. Оскорблённый подобным отношением в собственном же доме, он тут же огрызся, пускай и был отчасти с ней согласен.
– Да, вы правы. Они предлагали вам – но было это на том самом пиру в честь дня рождения вашего деда, если мне не изменяет память. Сейчас же, смею предположить, немногие согласятся отдать своих любимых дочерей и сестёр за отлучённого от церкви тирана, силой устранившего прежнего правителя от власти, не так ли? Впрочем, можете не отвечать – я, итак, уже знаю ваш ответ. Да и, в общем-то, это не важно. У меня есть и более весомые аргументы… впрочем, вряд ли они вас заинтересуют, если вам действительно так интересны предложения далёких правителей, – весьма неплохо! Поставила на место парня, ничего не скажешь.
– Ха-ха, неплохо! Разумеется, вы правы… вернее, были бы правы, если бы речь шла о прошлом. Вы идеалистичны и наивны, моя дорогая. Всем плевать, какова природа моей власти, пока я представляю собой грозную силу. Более того, очень многие влиятельные лица готовы поддерживать мою власть, пока она им выгодна, разумеется, – Фридрих, это прекрасно, что ты, такой мудрый и начитанный, отлично понимаешь, что геополитика работает немного не так, как многие себе это представляют, но тебе ли, ещё недавно полному новичку, говорить ей об этом?
– Ваша победа, безусловно, потрясла весь Свет, но это не значит, что вам допускается медлить. Ваш успех должен быть закреплён, если вы хотите, чтобы вас воспринимали в серьёз. Моё предложение – вы женитесь на мне, а затем помогаете вернуть трон Далмации её полноправной владычицы, чтобы взамен приобрести право властвовать в моих землях так, как вам заблагорассудится. Разве не отличное предложение? – аккуратно переложив одну ножку на другую, Карла отлично устроилась в предоставленном ей диване. Разумеется, она держалась уже из последних сил, хватаясь за любые возможные доводы в своём споре. Она уже уверила себя, что всё кончено, как вдруг…
– Знаете, мне не стоило бы этого говорить вам, но я, так или иначе, собирался вторгнуться в ваши владения. Вне зависимости от того, кто бы сидел на троне Далмации прямо сейчас, я бы его захватил. Ваше несчастье уже сыграло мне на руку – центральная власть во владениях вашего покойного отца раздавлена и уничтожена. Ваша страна раздроблена, и в ней нет более силы, которая могла бы решительно сопротивляться мне и моей бравой армии. Тем не менее, по всей видимости, удача улыбнулась мне ещё раз, коли вы решили прибыть к моему двору. Женившись на вас, я приобрету надёжный и легитимный повод для вторжения в Далмацию, раздробленную и погружённую в междоусобные войны между различными мелкими феодалами. Разумеется, весь этот разговор с самого начала был совершенно ни к чему – ещё в тот момент, когда вы приехали сюда, я вознамерился взять вас в свои жёны, вне зависимости от вашей воли. Простите мне мои намерения, если вас это как-либо обижает, – к её большому удивлению, она очень впечатлила Фридриха (пускай и не знает ещё об этом). Не только своей внеземной красотой, (впрочем, с этим бы поспорили многие местные «красотки», так как вкусы Фридриха немного более «современные» в этом плане, несмотря на то, что он всё ещё является жителем этой эпохи, пускай в его разум и врезалось сознание другого человека из совершенно другой эпохи), разумеется. Карла удивила его, в первую очередь, своим умом, начитанностью и душевной добротой (то, чего он так и не смог найти в женщинах своего времени, если можно так выразиться). Несмотря на собственное тяжёлое финансовое положение, она без капли сомнений пожертвовала своим последним шарфом из шёлка (который всё ещё стоит безумных денег), подарив его одной из служанок, недавно потерявшей единственного сына на войне (он был одним из 20 гренадеров Фридриха, погибших при штурме Дерпта). Более того, воспользовавшись с разрешения Фридриха местной библиотекой, она устроила в воскресенье (то есть, прямо перед встречей с Лукой в обед) чтение библии детям нищих ремесленников (сразу же после утренней воскресной молитвы в церкви). Фридрих, посетивший службу в рамках своей кампании по самопиару, тайно наблюдал за чтениями книг, что проходили в одном из помещений потускнелой церкви (из которой, так же как и из прочих, забрали все церковные принадлежности, включая колокола).