- Думаю, за один раз будет сложно управиться. Могу чем-то помочь?
Я отрицательно покачала головой и, не желая терять времени, рывком села на софу и открыла детскую книжицу. К моему удивлению, принц Коля не ушёл. Он устроился на краешке и открыл книгу некоего Карла Гню. На обложке, кроме мандалы, ничего больше не было, так что я решила, что это нечто религиозное и углубилась в своё чтение. Через полчаса местные работники подкатили сервировочный стол с чаем и чизкейком.
- Угощайтесь, сударыня,- произнёс Николай Павлович.
Мы прервались на небольшое чаепитие, хотя, честно говоря, есть в библиотеке мне было неловко.
- Как Вам?- поинтересовался юноша.
Детская книга, которую я успела просмотреть, изобиловала картинками, как и должно быть, и очень просто объясняла азы магии. Что она такое, откуда берётся и для чего нужна. Это были на самом деле интуитивно понятные вещи, но я отметила, что автор почти гениально обошёлся с подачей некоторых непростых понятий.
- А Вы? Что изучаете?- поинтересовалась я, кивнув на отложенную Великим князем книгу.
- А, это один из эксклюзивных трудов заграничного профессора Карла Гню. Мне понравился его подход. В данном труде он размышляет о пути становления целостной личности.
- Психология?- удивилась я.- Знаете, а ведь в своём мире в университете моей специальностью тоже была психология.
- Ого! Интересно. Как-нибудь было бы приятно обсудить с Вами эту тему, но сегодня, я полагаю, Вы очень заняты.
На последних словах нежные губки моего сладенького принца расплылись в улыбке. Эх, такой мордашке можно простить даже насмешки. Я вздохнула. Мне предстояло ещё изрядно поднапрячь свои глаза и извилины мозга. Часы не сказать что летели, но в какой-то момент я перестала их ощущать. Великий князь Николай успел отлучиться по делам, а в библиотеке зажгли дополнительные светильники. Я уже была порядком дезориентирована от такого напряжённого чтения, но кое-что для себя уяснила. И всё-таки до ответа, как же мне вернуться домой, мне было ещё очень далеко. Откинувшись на спинку софы и прикрыв глаза, я проворачивала в голове всё, что удалось узнать, чтобы как-то систематизировать концепцию. И вдруг вспомнила, что цесаревич назвал меня как-то по латыни. Что-то там гипно… Гипносис?
- Умбра Гипносис?- когда я уставала или находилась в напряжении, я часто начинала размышлять вслух.- «Гипно», если не ошибаюсь, это «сон».
Если моя ипостась «великого волшебника» действительно появлялась во сне, то подходит. Это имя было не просто придумкой, но загадкой, которую, судя по всему, составила я сама для себя. Но вот что значит «умбра»? Вдруг занавеска за моей спиной дёрнулась, и на меня выглянуло миловидное лицо черноволосой девушки.
- О? Простите, я случайно услышала. Вы тоже латынь изучаете?
- Не совсем. Просто попалось то, чего я не могу понять. Вы изучаете латынь?
- Да, по профессии положено. Если это в моих силах, готова помочь.
- Буду признательна. Вам случайно неизвестно, что на латыни значит «умбра»?
Ненадолго задумавшись, девушка дала ответ, который меня ошарашил:
- Точно! «Тень».
Тень? Имя великого волшебника означало «тень» и «сон». Цесаревичу она называлась «подлинной частью меня». Это не может быть совпадением! Особенно, если учитывать, что она – часть меня, а я специализируюсь на психологии. Таким образом, неужели великий волшебник – это моё бессознательное, моя «тень»?! Погрузившись в размышления, я даже не сразу заметила, что Великий князь вернулся. Я очнулась, когда уровень шума привлёк моё внимание. Принц Коля и незнакомка обменивались дружескими приветствиями. Возможно, даже обнялись – я не видела.
- Вы знакомы?- спросила я каким-то полусонным голосом.
- Похоже, Вы перетрудились, сударыня,- улыбнулся Николай.- Позвольте представить. Это Мария, помощница дворцового доктора и моя подруга. Маша, это Катерина Дмитриевна,- наверное, принц хотел добавить, что я тот самый «великий волшебник», но вдруг перевёл тему.- Уже поздно. Могу подвезти. Катерина Дмитриевна, Вам тоже уже следует собираться.
- Приятно познакомиться,- пожала мне руку помощница доктора.
И только теперь я заметила, что девушка была в чём-то вроде длинного медицинского халата. Волосы её были собраны в хлипенький пучок, прямые прядки выбивались улица. Но девушка была так красива, что небрежность ничуть не портила её внешность. Взгляд чуть раскосых глаз был ярким и тёплым. Она мне сразу понравилась. Возможно ещё отчасти потому, что напоминала мне уважаемого мной супервизора и коллегу, на которую я равнялась. Раз она была помощником придворного доктора, то естественно изучала латынь. Можно было сразу догадаться. Я бы хотела получше познакомиться с этой Машей, но была так измотана, что сил никаких не осталось, если не считать того откровения, которое меня озарило благодаря помощи Маши. Уже явно туго соображая, я гоняла одни и те же мысли про Умбру Гипносис, пока мы покидали городскую библиотеку и пока мы ехали втроём до дворца в тесной карете.