- Всё почти закончилось,- прошептал он с даже обаятельной улыбкой.
Я смотрела в его глаза и будто по ниточке чувствовала его напряжённое вслушивание в реакцию публики.
- Недостаточно. Заранее извиняюсь.
На миг его взгляд скользнул ниже, на мои губы, а потом он рывком прижался ко мне. Меня не спрашивали, но хотя бы подали микросигнал к будущей сцене. Просто касание разве будет считаться натуральным? Я расслабила рот и приоткрыла губы, завладевая его устами. На миг глаза цесаревича приоткрылись, как-будто он не ожидал моей помощи, но он тут же подхватил движения, пробуя то мою нижнюю, то верхнюю губу на вкус. Это было похоже на соревнование, в котором каждый из нас старался сыграть красиво и при этом удивить соперника. В какой-то момент я поймала себя на том, что увлеклась. И стоило только мне чуток отстраниться, Александр Павлович удовлетворил моё желание. Он выпрямился, но лицо его в этот момент выражало какие-то едва понятные смешанные чувства. Кажется, цесаревич ещё переговаривался с императором, но я не могла уже разобрать ни слова. Я выдохлась и физически, и эмоционально. В этом душном снегуркином кафтане я уже была готова расплавиться в бесформенную жижу, но, слава богу, держалась за предплечье цесаревича, сохраняя видимость живого состояния. Пришла немножко в себя я как раз, когда император подводил итог переговоров:
- Мы принимаем вашу волю. Однако без официальной церемонии и соблюдения всех традиций и формальностей Вы не можете считаться законными супругами. Обещание, данное Господу, следует исполнить в надлежащем порядке, и до тех пор, пока дата не назначена, Его Императорское Высочество Государь Наследник Цесаревич и Великий князь Александр Павлович, а также Её Высокопреосвященство Екатерина Дмитриевна будут считаться помолвленными.
После этих слов император, затем разгневанная императрица вышли. Все судачили, и даже мелодии не было слышно за голосами гостей. Похоже, цесаревич испортил очередное мероприятие. Коля был бледен как мел и стоял, прислонившись к колонне. Мне жаль, что я его так огорошила, зная, насколько он впечатлительный. Встретившись со мной взглядом, он тут же отвернулся и залпом выпил бокал шампанского. Похоже, ему действительно плохо. Но я тоже уже не могла держаться. К счастью, Александр Павлович решил двинулся к выходу из зала.
Вот так и закончился этот ужасно длинный и тяжёлый день. После всего я не могла совладать с дрожью и усталостью, навалившихся на меня. Ноги деревенели с каждым движением, хорошо, что банкетка оказалась рядом. Висеть на цесаревиче дольше было неприлично, так что я соскочила на сидение.
- Вы в порядке?- спросил меня сразу секретарь Петя.
- Да, дайте буквально минутку…
Помявшись немного, цесаревич решил сесть рядом.
- Ты хорошо держалась,- тихо для его обычного тона голоса сказал Александр.- Сейчас я сопровожу тебя в покои, где ты будешь жить как моя невеста. Там сможешь отдохнуть. Петька, всё готово?
- Разумеется, Ваше Высочество, но нам лучше…,
Пётр символично постучал по запястью с часами, но цесаревич на него шикнул и непривычно мягким голосом обратился ко мне.
- Можешь опереться на мою руку.
Я удивлённо посмотрела на цесаревича. На него так поцелуй подействовал? Он резко стал таким обходительным… Вспомнив о поцелуе, я обратила внимание на губы, которыми он меня целовал, но тут же одёрнула себя. У меня крыша ехала. Мне нужно было хорошенько поспать. Я поднялась с банкетки, последним усилием воли собирая своё размякшее тело. От предложенной руки цесаревича решила не отказываться. Нам предстояло пройти четверть этого крыла дворца, чтобы добраться до части покоев наследника. Как я поняла, шли мы, максимально сокращая путь, и даже коридорами, по которым ходили на самом деле слуги.
- Что дальше?- спросила я.