Сильно ограниченные в финансовом плане военные моряки Австро-Венгрии также желали получить новые броненосцы, вооружённые по схеме «all big guns». Флот Двуединой монархии не имел денег, чтобы укрупнить старые и построить новые доки, поэтому австрийские инженеры ограничились водоизмещением около 16 000 тонн.
Спроектированные корабли типа «Фельдмаршал Радецкий» получили вооружение из восьми 305-миллиметровых орудий в одно- и двухорудийных башнях. Четыре одноорудийные башни располагались побортно, что позволяло обеспечить бортовой залп всего из шести пушек ГК – меньше, чем у французских линкоров типа «Патри». Зато австрийцы сумели втиснуться в ограничения, продиктованные береговой инфраструктурой в портах Адриатического побережья.
Изменения коснулись и строившихся на британских верфях японских броненосцев «Касима» и «Катори». Получив информацию, что северные варвары вырвались вперёд в военно-морской гонке, адмиралы Страны восходящего солнца потребовали от фирм «Виккерс» и «Армстронг» спроектировать корабли, способные противостоять «Цесаревичу».
Британским кораблестроителям не оставалось ничего другого, кроме как пойти навстречу заказчику. В результате «Катори» с «Касимой» были построены как классические восемнадцатиузловые мичигано-дредноуты с четырьмя линейно-возвышенными башнями ГК. Восемь 305-миллиметровых орудий дополняли дюжина казематных шестидюймовок и такое же количество две-надцатифунтовок.
Применение линейно-возвышенной схемы размещения башен на новых линкорах оказало влияние и на проектирование и строительство кораблей других классов, в частности броненосных крейсеров.
Первыми с использованием данной схемы были построены «Блэк Принс» и «Дюк оф Эдинбург», получившие шесть 234-миллиметровых и десять 152-миллиметровых орудий. Последние размещались в казематах, а две пушки ГК установили в одноорудийных башнях в средней части корпуса. Таким образом, крейсера могли сосредоточить огонь четырёх орудий ГК прямо по носу и по корме, а по целям на траверзе могли стрелять пять 234-миллиметровых пушек ГК и столько же шестидюймовок.
На следующей серии броненосных крейсеров из четырёх единиц – тип «Уорриор» – англичане повторили схему размещения шести 234-миллиметровых орудий в шести башнях, заменив десяток 152-миллиметровых пушек восемью 190-миллиметровыми орудиями в одноорудийных башнях, по четыре с каждого борта.
Последняя серия – три броненосных крейсера типа «Минотавр» с паровыми машинами тройного расширения – получила восемь 234-миллиметровых пушек в двухорудийных башнях в оконечностях корпуса и десять одноорудийных башен со 190-миллиметровыми пушками, размещённых побортно.
Построив «Роон» и «Йорк» согласно изначально задуманному проекту, потомки тевтонов также перешли к линейно-возвышенной схеме расположения башен ГК. «Шарнхорст» и «Гнейзенау» получили по восемь 210-миллиметровых орудий в четырёх башнях плюс десять 150-миллиметровых пушек в казематах в средней части корпуса.
Первым французским крейсером с линейно-возвышенными башнями ГК стал «Жюль Мишле». На нём установили четыре двухорудийные башни со 194-миллиметровыми орудиями и дюжину 164-миллиметровых пушек в казематах.
Следом за «Жюлем Мишле» был построен вооружённый аналогичным образом «Эрнест Ренан», за которым последовали «Эдгар Кинэ» и «Вальдек-Руссо». Оба последних крейсера могли похвастаться четырнадцатью 194-миллиметровыми орудиями, расположенными в четырёх двухорудийных и шести одноорудийных башнях.
Не отставали и итальянцы. Перепроектированные «Амальфи» и «Пиза» строились с четырьмя двухорудийными башнями, несли восемь десятидюймовок плюс аналогичное количество 190-миллиметровых пушек в четырёх башнях, расположенных побортно.
Американские и японские адмиралы также перекроили свои проекты, подойдя к делу творчески и со вкусом. Четвёрку броненосных крейсеров типа «Теннесси» вооружили восемью 254-миллиметровыми орудиями в четырёх башнях и шестнадцатью 152-миллиметровыми пушками в казематах. Заложенные в 1905 году в Стране восходящего солнца корабли, названные «Касуга» и «Ниссин», получили по восемь 305-миллиметровых и по дюжине шестидюймовок, сравнявшись по мощи артиллерийского вооружения с русскими линкорами класса «Цесаревич» и «Бородино».
В первой половине следующего дня император имел продолжительную беседу с Иваном Христофоровичем Озеровым. Министр финансов представил государю ежемесячный отчёт о ситуации в российской экономике, проинформировал о росте инфляции и текущих выплатах по внешнему долгу. Затем разговор коснулся банковского сектора, затянулся, и Владимир Александрович пригласил Озерова остаться на обед.