К примеру, разработанная Дмитрием Ивановичем и внедрённая при его непосредственном участии технология изготовления коллоидных порохов ликвидировала зависимость России от заграничных «друзей». А организованная Менделеевым при Санкт-Петербургском университете рабочая группа из нескольких талантливых учёных-химиков под руководством профессора Дмитрия Петровича Коновалова добилась больших успехов в разработке химического оружия.
Готовясь к войне, император не собирался подтверждать известный постулат, гласящий, что генералы всегда готовятся к прошлой войне. Конвенциям о запрещении какого-либо вида оружия царь предпочитал строительство предприятий ВПК, и в первую очередь – химической отрасли. Созданная в лаборатории Коновалова технология позволила наладить производство артиллерийских боеприпасов, снаряжённых веществом удушающего действия – хлорпикрином с хлористым сульфурилом.
Изготовлением вышеуказанных боеприпасов занялись специально переоборудованные арсеналы в Санкт-Петербурге и Севастополе, и к началу 1906 года русский флот получил на вооружение химические снаряды калибром от 120 до 305 миллиметров включительно. Армия получила химические боеприпасы чуть позднее – в начале 1907 года.
С позволения и благословения Менделеева в Москве был учреждён Химический университет, названный его именем. Ректором университета, по рекомендации Дмитрия Ивановича, пригласили профессора Петербургского политехнического института Байкова Александра Александровича. На базе МХУ шло создание экспериментального производственного комплекса для воплощения в жизнь прорывных проектов и отработки технологий.
Найдя время, государь пообщался с Сергеем Михайловичем Прокудиным-Горским – основоположником цветной фотографии в России. Результатом этой приятной встречи стала организация научной лаборатории при администрации Его Императорского Величества. Изобретения Сергея Михайловича вкупе со знаниями Летиции Кавалли позднее помогли разработать более совершенные методы защиты денежных знаков и ценных бумаг.
За эти два с половиной месяца российский флот на Тихом океане пополнился отрядом контр-адмирала Моласа – в Дальний пришли «Цесаревич», «Ослябя», «Богатырь», «Аврора», сопровождаемые чёртовой дюжиной истребителей и шестью зафрахтованными угольщиками.
На переходе в Индийском океане находился отряд под командованием контр-адмирала фон Фелькерзама: «Александр III», «Полкан», «Соломбала», «Жемчуг» плюс пять истребителей и семь транспортов. Фелькерзам уже миновал Цейлон; с каждой пройденной милей отряд «Б» всё ближе и ближе приближался к Талиенванскому заливу – конечному пункту своего маршрута.
В Ревель потихоньку подтягивались новенькие крейсера германской постройки – «Олег» и «Изумруд». А вот фирма «Форж э Шантье» задерживала передачу заказчику «Олафа» и десяти новых истребителей, поэтому дата выхода в море отряда контр-адмирала Иессена переносилась вот уже второй месяц подряд. Впрочем, вице-адмирал Макаров заверил царя, что ледокол «Ермак» способен обеспечить переход кораблей Иессена от Ревеля до Скагеррака хоть в январе, хоть в феврале, хоть в марте.
Наконец наступило 10 декабря – день, когда государь отправился в гости к Вильгельму II в Кёнигсберг. Императора традиционно сопровождали вице-адмирал Дубасов, министр финансов Иван Христофорович Озеров, министр иностранных дел барон Розен Роман Романович, а также предприниматели Николай Второв и Павел Рябушинский. В Вильно к делегации присоединились Алексей Александрович и великий князь Николай Константинович собственной персоной, желавший пообщаться с кайзером.
Принимающая сторона заранее предвкушала оглушительный политический успех Кёнигсбергского саммита; германские министры и дипломаты пребывали в слегка возбуждённом состоянии, а генералы – в прекрасном настроении. Будучи людьми военными, они тщательно проанализировали попытку Наполеона победить огромную державу, а также хорошо запомнили предостережение Бисмарка насчёт России.
Следуя заранее согласованному протоколу, монархи крупнейших стран Европы первым делом заключили военно-политический союз между двумя империями. Затем, после торжественного обеда, подписали подготовленные министрами договора и документы, касавшиеся военно-экономического сотрудничества. За ужином переговорили о согласовании внешней политики Германии и России, о совместных шагах на международной арене. В каких-то вопросах мнения новоиспечённых союзников совпадали, где-то существенно расходились.