Минуту спустя вице-адмирал Чухнин велел плюнуть на Вейхайвей, который никуда не денется, и выдвигаться навстречу британскому флоту. Ознакомив офицеров штаба эскадры со своей задумкой, командующий передал под начало контр-адмирала Иессена все наличные крейсера и эсминцы, и попросил – именно попросил – Карла Петровича спешить изо всех сил.
Следует отметить, что радиограмму Хлодовского приняли почти на всех кораблях 2-й эскадры, и весть о гибели в неравном бою отряда фон Фитингофа (а в этом не оставалось никаких сомнений) лучше любых приказов сплотила личный состав ради одной общей цели – мести за погибших товарищей.
Как и опасался Григорий Павлович, четыре английских эсминца сделали своё чёрное дело – всадили в борт «Рюрика» торпеду. Атаковали уже в полутьме, потеряли от артогня «Фойла» и «Ди» и попали всего лишь раз, но это попадание оказалось золотым – на крейсере заклинило руль, и он потерял управление. Далее последовал ожесточённый трёхчасовой ночной бой, после подхода шести броненосцев завершившийся гибелью русского корабля – 305-миллиметровые снаряды с лёгкостью крушили конструкции корпуса «Рюрика».
«Энтрим», а также «Кеннет» и «Итчен» получили повреждения, причём эсминцам требовался серьёзный ремонт. Британская эскадра задержалась в районе боя ещё два часа, пока «лайми» не отыскали шлюпки с остатками команд «Фойла» и «Ди». Выжившие члены экипажа русского крейсера также были подняты из воды, раненым была оказана медицинская помощь.
Вице-адмирал Артур Мур был проинформирован о появлении у Вейхайвея русского флота, сравнительно оперативно он получил радиограмму и о внезапном уходе противника. Это известие встревожило Мура, но ночью, когда англичане топили «Рюрик», вице-адмирал Того Хейхатиро сообщил по радио, что корабли его эскадры установили визуальный контакт с русскими крейсерами.
Японские отряды шли из Чемульпо в Вейхайвей и находились восточнее Шантунга, поэтому было логично предположить, что союзники пересеклись с эскадрой Чухнина. Это, в свою очередь, означало, что русские готовы встретить основные силы Восточного флота в открытом море, а отряд контр-адмирала Фоукса имеет все шансы натолкнуться на превосходящие силы вражеского флота и прекратить своё существование.
Телеграфировав Фоуксу приказ оставаться в Вейхайвее до прихода японцев, Артур Мур приказал строиться в походный ордер. Вперёд, в авангард выдвинулись «Энтрим» и «Аргайлл», в десяти кабельтовых по траверзам флагмана заняли позиции две тройки бронепалубников, в арьергарде тащились эсминцы. «Джед» и «Уэл-ланд» вели на буксирах «Кеннет» и «Итчен». «Челмер» и «Арун» обеспечивали буксировку.
Того и Мур ошиблись. Третий боевой отряд контр-адмирала Девы, состоявший из четырёх бронепалубных крейсеров, действительно имел визуальный контакт с «Варягом» и «Аскольдом». Разглядев в темноте смутные силуэты, частично перекрывавшие один другого, японцы сочли, что им повстречались четырёхтрубные «Баян» и «Олаф». Последние в это время стремительно шли на юг, как и вся эскадра вице-адмирала Чухнина.
До рассвета оставалось около часа, когда сигнальщики «Амфитрита» заметили в предутренних сумерках по правому борту какой-то корабль, пару минут спустя нырнувший в полосу низко стелившегося над водой тумана. Опознать незнакомца не удалось, а когда он внезапно выскочил из тумана, словно чёртик из табакерки, сигнальщики заорали, что это – «Новик»!
Его появление оказалось настолько неожиданным, что командир и офицеры «Амфитрита» на мгновение растерялись. Идя встречно-пересекающимся курсом, вражеский крейсер нёсся двадцатиузловым ходом, и, по идее, должен был проскочить где-то в пяти кабельтовых за кормой «Дайадема» – концевого корабля правого отряда. Пару секунд спустя «лайми» забегали словно наскипидаренные, безнадёжно опаздывая с наводкой орудий – цель перемещалась быстрее птицы.
Проносясь мимо «Дайадема», «Новик» сверкнул вспышками выстрелов, практически в упор поразив английский крейсер четырьмя 120-миллиметровыми снарядами; один промах.
На шканцах «Дайадема» вспыхнул пожар, «Амфитрит» и «Аргонот» запоздало громыхнули частью 152-миллиметровых пушек правого борта – снаряды пронеслись над и за кормой «Новика», едва не найдя себе цель в нескольких милях мористее.