Обнаружив «лайми» и вступив с ними в бой, командир «Новика» капитан 2-го ранга Шульц совершенно не ожидал увидеть в каком-то десятке кабельтовых впереди справа по курсу силуэты английских броненосцев. Решение было принято мгновенно: курс и скорость не менять, беглый огонь по врагу всем правым бортом, торпеды – товсь, пли!
Пару минут спустя прямо по курсу были замечены низенькие тени, шарахнувшиеся в сторону, а «Монтагю», «Дункан» и «Корнуоллис» один за другим застучали шестидюймовками. Попадания последовали мгновенно. Теряя скорость, загоревшийся крейсер отвернул в сторону, и в этот момент торпеда «Новика» поразила «Монтагю». Кратковременная заминка на борту торпедированного броненосца не повлияла на меткость канониров «Дункана» и «Корнуоллиса»: крейсер кавторанга Шульца получил ещё три снаряда, потерял ход и стал уходить под воду.
«Новик» являлся крайним правофланговым кораблём в разведывательно-поисковой завесе из двадцати двух эсминцев и трёх крейсеров, сформированной Иессеном специально для обнаружения эскадры Мура. Растянувшаяся на целых двенадцать миль по фронту завеса сработала не самым идеальным образом, но результат был налицо – англичан удалось сначала найти, а затем и атаковать. Решающую роль в этом сыграли обе флотилии эсминцев, командиры которых, капитаны 2-го ранга Коломейцев и Рощаковский, проявили себя на все сто.
Как только «Новик» вступил в бой, командир 2-й флотилии капитан 2-го ранга Коломейцев сразу же повёл свои эсминцы на помощь Шульцу. После поворота флотилии на восемь румбов вправо британские корабли оказались впереди слева по курсу. Первый дивизион – пять вымпелов – атаковал тройку британских крейсеров, с которыми ранее разминулся «Новик». Второй – также пять вымпелов – смело пошёл в атаку на колонну вражеских броненосцев.
Перестроение и преследование «лайми» потребовали энного количества времени, поэтому эсминцы Коломейцева выходили в атаку с первыми лучами появившегося на горизонте солнечного диска. Яркое солнце, к сожалению, не помешало английским наводчикам, встретивших 2-ю флотилию градом снарядов всех калибров. В итоге корабли 1-го дивизиона не смогли выйти на дистанцию пуска торпед, а 2-й дивизион сцепился в жёсткой схватке с шестёркой своих британских визави и так и не смог пробиться к постепенно отстающему «Монтагю».
Понимая, что повреждённому броненосцу грозит гибель, вице-адмирал Артур Мур приказал тройке левофланговых крейсеров повернуть назад и разогнать русские эсминцы. Артиллерийский огонь «Европы», «Ниобе» и «Андромеды» вынудил корабли 2-го дивизиона спешно спасаться бегством. «Меткий» и «Мощный» были сильно повреждены и больше не принимали участия в сражении; повреждения получили «Ловкий», «Лёгкий» и «Летучий», числившиеся в 1-м дивизионе.
В любой другой ситуации англичанам не составило бы особого труда догнать и добить подранков, но наступивший рассвет в прямом смысле этого слова высветил две серьёзнейшие угрозы.
Первой из них являлись двенадцать эсминцев 1-й флотилии капитана 2-го ранга Елисеева, после нескольких поворотов и перестроений нагонявшие эскадру Мура с кормы, и «Боярин» с «Алмазом», замеченные на левой раковине.
Вторая угроза была не менее опасна, чем первая: в семидесяти пяти кабельтовых по правому борту из утренней дымки проступили силуэты «Богатыря», «Олега», «Олафа» и «Баяна» – отряд контр-адмирала Иессена. Как только позволили видимость и дистанция, эта четвёрка открыла огонь по «Дайадему», «Амфитриту» и «Аргоноту».
Русские броненосные крейсера являлись слишком опасным противником для тройки бронепалубников, поэтому вице-адмирал Мур приказал последним развернуться, отойти в арьергард, и присоединиться к систершипам. Исполняя этот приказ, «Амфитрит», «Аргонот» и «Дайадем» последовательно поворачивали на шестнадцать румбов влево, перекрывая броненосцам линию ведения огня; одновременно «Энтрим» и «Аргайл» получили указание выдвинуться вперёд полным ходом, чтобы парировать вероятную попытку Иессена сделать «crossing the Т».
Когда, наконец, тройка бронепалубных крейсеров разблокировала директрису, «Албермарл» громыхнул из 305-миллиметровых орудий. Следом пристрелкой занялись и остальные броненосцы. Кроме «Монтагю», отставшего уже мили на две.
Русские не стали вступать в невыгодную им артду-эль. Как только поблизости упали первые крупнокалиберные снаряды, отряд Иессена красиво повернул «все вдруг» на ост и полным ходом вышел за пределы досягаемости ГК английских броненосцев.
«Энтрим» и «Аргайл» увязались следом, вступили в перестрелку с «Богатырём», но спустя некоторое время спешно отошли обратно – русский отряд слаженно перестроился, повернув «все вдруг» на норд.