Алберт, обессилив сел на пол, привалившись к стене. Вцепившись в голову руками, словно пытаясь вырвать несуществующие волосы, и закрыв лицо, он продолжал:
— Вечность спустя, пришел я в себя. Имперские дознаватели что-то пытались мне сказать или услышать от меня… не знаю… я лишь слышал имена погибших друзей! Потом дознавателей сменили врачи. Кажется, они что-то говорили о кислородном голодании и отравлении феромонами, но все это казалось таким неважным. Я знал их… Бармес и Дахил — старшие механики; Горинал — начальник десантной группы; Арнел, Бертилион и Мирандал — мои помощники, юный Корнеон… и многие сотни других погибли в тот злополучный день. Долгие годы их имена похоронным плачем кричали в моей голове. Я стал богом, богом, принесшим смерть. Казалось ничто и никогда не вызовет меня вновь к жизни, но недавно я стал замечать, что что-то изменилось. Не знаю почему, я понял, что должен покинуть приют, где провел последние годы, — Алберт открыл лицо и посмотрел на Брунадара. — Я знал, что скоро понадоблюсь маленькому принцу! — от его горящего взгляда, обращенного в никуда, то ли в прошлое, то ли в будущее, а может и вовсе в собственную безумную пустоту, Брунадару стало не по себе. — И вот, я здесь! — Алберт зубами откупорил очередную бутылку.
— Но как тебе удалось покинуть эту планету, на "Адской птице", ведь у нее нет двигателей?!
— Мой маленький принц, если бог не может покинуть планету, планета покидает бога.
И в этом Алберт был прав. После побега Великого Хардиля, на Флоре Альфа 7 была запрещена любая космическая техника. В виду былых заслуг, Алберт добился разрешения иметь спасательную капсулу, но со снятыми двигателями (врачи даже считали, что постоянное копание в ее внутренностях может способствовать восстановлению его рассудка, а сбежать у него вряд ли выйдет, так как ни один гений не сможет в одиночку создать ракетный двигатель, не имея для этого ничего). В чем-то они оказались правы. Алберт целые дни проводил внутри капсулы и его разум действительно начал немного проясняться. Хотя, скорее — его захватила новая навязчивая идея, отвлекшая от того, что подавляло разум в течение многих лет.
По счастливому совпадению, а может по божественному провидению, Алберт находился в капсуле, прослушивая переговоры хардильеров и дангар, когда последние взорвали планету. Аварийная автоматика закрыла входной шлюз, а взрыв, расколовший Флору Альфа 7, выбросил капсулу в космос, где спустя некоторое время и подобрал его Брунадар.
На третий день, Брунадар с Албертом прикончили ящик вина, мысленно благодаря Довинала, за нескончаемые запасы. Когда император забылся тревожным сном (прямо на столе), Алберт отправился навестить свою "Адскую птицу". Он никогда не забывал о ней, и всегда по-привычке прослушивал на всех частотах пространство. На этот раз он вылетел из своей капсулы, как пробка из бутылки. Затем остановился, поправил халат и чинным шагом направился к каюте Тайлы.
— Эй, шлюха, тут твой дружок хочет с тобой поболтать!
— Скажи этому пьяному придурку Гитону, пусть катится в задницу!
Алберт развернулся и пинком распахнул дверь каюты напротив, застав при этом гвардейцев в весьма непристойной позе.
— Слышь, Гитон, катись-ка ты в задницу! — затем он развернулся и вновь забарабанил в дверь Тайлы.
— Ну, что еще?!
— Гитон, кажется, уже там. А что сказать Фарадану?