Пульс ускоряется, тепло от его руки проникает в мое тело, зажигая что-то глубоко внутри. Это опасно, эта тяга, которую он имеет ко мне, и все же я обнаруживаю, что жажду большего, хочу большего, даже когда знаю, что не должна.
Я пытаюсь сосредоточиться на дороге впереди, но мое тело предает меня. Разум крутится мыслями о том, что может произойти дальше, если я позволю этому зайти дальше.
Если я попрошу его зайти дальше.
Машина замедляется, и мы подъезжаем к воротам поместья Мори в стиле тории7.
Мы на месте.
Когда наконец останавливаемся, разум мечется, разрываясь между истощением и напряжением, которое все туже закручивается между нами. Я почти ожидаю, что Мал что-то скажет: заговорит о этом все еще необсужденном напряжении между нами, которое кипит с той ночи, когда я пришла к нему, и он чуть не сломал меня самыми безумно идеальными способами, которые только можно представить, прежде чем я ушла без слов.
Но вместо этого он молча выходит из машины, обходит ее и подходит к моей стороне, и открывает дверь, сердце пропускает удар, когда его рука протягивается, чтобы помочь мне выйти.
Я позволяю ему поднять меня на ноги. Прежде чем успеваю сделать шаг к главному дому, рука Мала обхватывает мою, направляя меня к гостевому дому.
Ох.
Я закусываю нижнюю губу. Прикосновение мягкое, но настойчивое.
Не высказанная власть, которую он имеет надо мной, заставляет мое дыхание сбиваться. Я знаю, что должна сопротивляться, сказать ему нет, уйти и сохранить то немногое, что осталось от моего контроля. Но правда в том, что я не хочу. Не после сегодняшнего дня.
Возможно, никогда.
Внутри тусклый свет отбрасывает тени на стены, и я чувствую, как мое сердцебиение ускоряется, когда я стою в прихожей. Его рука все еще держит мою, и я болезненно осознаю, как близко мы находимся, как воздух между нами кажется готовым треснуть под тяжестью всего не высказанного.
Я освобождаю свою руку, отступая на шаг, прежде чем позволить себе быть поглощенной этим.
— Прежде чем это зайдет дальше…
— Я не планировал трахать тебя на полу прямо сейчас, Фрея.
Мое лицо заливается жаром, когда я кусаю губу.
— Я… я знаю.
— Правда? — рычит он. — Потому что ты смотрела на меня с тех пор, как в последний раз была здесь, как будто я могу сделать именно это. Как будто я чертов зверь, который затащит тебя в ближайшие кусты и сделает с тобой все, что захочет.
Я поднимаю бровь.
— А ты бы?
— Возможно.
Я улыбаюсь.
Он тоже.
— Я просто… — отвожу взгляд. — Я знаю, что сказала, но мне нужно больше, Мал. За пределами физического. Я имею в виду, не пойми меня неправильно, физическое… это…
— Да?
— Чертовски безумно, — вырывается у меня, прежде чем я могу остановиться.
Мал самодовольно усмехается.
— Но мне нужно больше от тебя, — тихо говорю я.
Это правда. Я не могу продолжать притворяться, что то, что происходит между нами, — это только физическое. В этом есть что-то большее, и мне нужно это понять. Мне нужно понять его.
Челюсть Мала напрягается, его глаза мелькают — разочарованием, может быть? Нерешительностью? Затем, к моему удивлению, он кивает.
— Ладно, — тихо говорит он. — Что включает в себя больше?
— Я… — я пожимаю плечами, качая головой.
Мал смотрит на меня.
— То есть, у тебя есть список или что-то вроде того?
Я закатываю глаза.
— Придурок, — улыбаюсь я. — Нет, я просто… не знаю. Я хочу узнать больше о тебе.
Он снова смотрит на меня, проводя пальцами по челюсти, прежде чем провести их через волосы.
— Ладно.
Я улыбаюсь.
— Да?
— Да. Ты получаешь один вопрос.
— Что произойдет после одного вопроса?
Его взгляд темнеет, голос становится низким и хриплым.
— Я веду тебя в ванную, обрабатываю твои раны и купаю тебя.
— И все?
— И все.
— Это сделка.
Эти слова вызывают дрожь по спине, жар между нами снова вспыхивает. Мой разум мечется, но я не могу думать ни о чем, кроме интенсивности его предложения. В его словах есть что-то грубое, что-то глубоко интимное. И впервые я понимаю, что даже со всеми стенами между нами, даже с моей собственной броней?
…Я беззащитна с этим мужчиной. Всегда.
— Ладно. Какое твое самое раннее воспоминание? — тихо спрашиваю я.
Он хмурится, явно не ожидая этого.
— Я думал, что ты спросишь про любимый цвет, — ворчит он в ответ.
Я пожимаю плечами.
— Ну и?
Он хрипит, его губы подергиваются.