— В-ваша светлость, — обратились к мужчине на имперском, хотя все знали, что Дерхан предпочитал разговаривать на дайидском языке, и от своего персонала требовал того же.
— Любезный, нам нужна свободная чарпая* (прим. платформа-топчан, в центре которой ставится столик), и принесите сразу коробку шатранга* (Прим. Шахматы на дайидском языке), — Харитон обратился тоном человека, всю жизнь отдававшего приказы и не терпевшего никаких возражений.
Возможно, мне стоило опасаться истинного лика Льва, но где-то в глубине души во мне присутствовал мазохизм, ведь таким Харитон мне нравился больше.
Если говорить об игре, то по объяснениям герцога я поняла, что это сплошная скука. Главными «участниками» выступали шахматные фигуры, а мы с Харитоном должны были перемещать их по полю и «съедать» противника. Самым сильным являлся визирь (прим. Ферзь). Самыми слабыми – пешки. Их ходы не отличались оригинальностью, но они давили и количеством, и возможностью стать чем-то большим.
Однако, императорами пешкам не стать, только свитой, служащей интересам правителя. А как же сделать из пешки монарха?
— Никак, — видно, заметили мой взгляд, направленный на фигуру, и предугадали вопрос. — Пешка не может стать императором, — улыбнулся Харитон.
— Тогда в чем смысл? — засомневалась, рассматривая поле.
— Их сила в том, что они способны как погубить императора, так и спасти его.
— Слабый император. Тогда зачем так отчаянно бороться за его защиту, если легче убить? Кому нужен убогий правитель?
— Убьешь одного, на его место придет другой, и что в конечном итоге?
— Мы все равно остаемся рабами, — выдала, сложив руки под подбородком.
— Сделай ход, дорогая, — Лев лукаво подмигнул. — Старайся предугадывать в игре не только один ход или два, а разрабатывай целый план.
Герцог шел пешкой, таким образом заняв центр поля, мой ход был незначительным, потом рыцаря (прим. Слон) перевели на четвертый ряд, используя технику сочетания коня и визиря, далее мы разменялись парой фигур, и после я пошла рыцарем на третий ряд на третьем же фланге* (Прим. Фланг – название буквы, используемое вместо нее. Тройка на третьем фланге подразумевается как ход C3).
— Что ты замышляешь? — с интересом произнес мужчина. — Потенциальный мат на семь шестого фланга?
«Что же замышляешь ты сам?».
Надо задаться другим вопросом: почему Зейд сейчас оказался в Катаре? И Харитон вернулся сегодня в Катар для чего?
Может, он знал, что я встречу Зейда? Вероятно, он надеялся застать нас с братом вместе. У ситуации несколько разветвлений. Разглядываю шахматное поле.
Какой вариант тогда у него? Конь на шестерке шестого фланга перекрывает мат и перекрывает визиря? Конечно, умно будет поступить, пойдя на семь на втором фланге, но я так не сделаю, потому что рыцарь идет на пятый ряд седьмого, развивая ход событий и укрепляя свой тыл. Герцог идет пешкой на пять тоже на втором фланге, угрожает рыцарю и начинается гонка. Я иду конем с тройки третьего фланга на пятерку второго, мы опять размениваемся, вот и шах.
— Надо же….— герцог идет конем, блокируя шах, и у моих фигур длинная рокировка на визиревом фланге, возникает угроза конем, и его крепость* (Прим. Ладья) удваивает силы.
Первое: Зейд стал бы средством давления на меня. Очевидно, что Реневальд, взращенный дворцовой средой, не доверился бы телепату полностью, поэтому разработал альтернативный и невероятный план – узнав о смерти членов моей семьи, он решает попробовать отыскать уцелевшего ее представителя и находит его. Зейд в этой схеме стал бы попыткой держать меня под контролем посредством шантажа.
Посмотрела на крепость внимательно. Как лучше вовлечь ее в игру? Крепость берет коня, черная крепость перемещается на седьмой ряд пятого фланга, единственная фигура, которая ничем не занята, идет на первую клетку четвертого фланга.
Второе: Харитон пытался управлять моими эмоциями посредством брата. Возможно, Харитон сегодня прибыл в Катар, действительно узнав от Николаса, что я исчезла, но о Зейде он знал точно. Полагаю, что мужчина спас брата и собирался привезти его в Катар знакомиться со мной. Мужчина желал меня привязать на эмоциональном уровне, создав вокруг себя образ благородного рыцаря. Влюбленная дурочка-телепат сделает все, что он скажет. И если это так, Харитон замахнулся не на ту.