Черные ослабляют давление. Рыцарь захватывает крепость на седьмой клетке четвертого фланга. Шах. Черный конь идет также на это место. Визирь движется на восьмую клетку второго фланга.
Шах.
Улыбнулась удовлетворенно.
— Тия, это неправильный ход, ты открыла визиря, конь возьмет его.
— Ты прав, это ужасно, — согласилась неискренне.
— Никто не жертвует визирем, — продолжил не совсем уверенно, совершая ход. А дальше все же додумался. — Только если…
— Эта жертва не ради мата, — подтвердила, переставив крепость на восьмой ряд четвертого фланга.
Мат.
— Бездна, да ты гениальна, — произнес ошеломленно и поднял голову на меня.
«Вскоре ты осознаешь это в полной мере».
— Ты слабый противник, — кивнула бесцеремонно. — К слову, зачем ты затеял аферу с игрой?
Сомневаюсь, что он ответил бы, однако, вопреки ожиданиям, начал делиться:
— Одна из деревень герцогства имела весь сомнительную славу. Говоря обывательским языком, народ там спивался самыми быстрыми темпами. И мой отец, проводивший в тот период объезд территорий, решил научить их играть.
— Получилось?
— Там теперь самые сильные игроки во всей империи, — не без гордости сообщили мне.
— И ты решил проверить свою теорию на мне, полагая, что я спиваюсь? — я медленно крутила фигурку императора в руках.
— А разве оно не так?
— Так.
— Безнадежная, — покачал головой. — «Слабый» говоришь? — криво усмехнулся. — Бросаешь мне вызов, кошка. Начинаем.
За игрой время протекало так же быстро, как песок сквозь пальцы. Герцог был прав в том, что погружение в шахматы отвлекало от посторонних голосов в голове. Я даже не обратила внимания на количество людей в заведении, хотя раньше рой мыслей настигал меня раньше, чем успела бы зайти в помещение.
— Императорский гамбит, — пояснил Харитон, разглядывая наши пешки. — Позволяем пешкам устранить друг друга. Забавно, да?
— Угу.
Он ставит рыцаря на третий фланг четвертого ряда и сразу же поясняет:
— В классическом императорском гамбите существует два основных хода: гамбит рыцаря и гамбит коня. Как ты понимаешь, я сделал первое.
— Я сделаю второе, — хмыкаю и пускаю визиря на восьмой фланг четвертого ряда. Ставлю императору Шах.
— Я тебя сейчас трахну, — улыбается искренне, но быстро примеряет на себя маску аристократа, как только подходят подавальщики и раскладывают яства.
— Обычно мне самой приходится тебя уговаривать, — заметила, осознавая, что лишила белых рокировки, но при этом и самой придется откатиться назад и потерять темп. Сейчас я играла за черных.
«Значит, ты хочешь поиграть на моих чувствах?».
Расход пешки рыцарем Харитона, но выгодную и столь желаемую вертикаль он не получает. Впоследствии и моему визирю приходится отступать, как и предполагала.
— Давай так, если я выигрываю, ты закончишь свое дело, которое не завершила в первый раз, м?
Уголков губ касается ухмылка. На удивление, Реневальд сегодня излишне игрив.
— Когда я тебя обломала с минетом? Видел бы свое лицо тогда. Но ты все равно проиграешь, Харитон. Так что давай, — подмигиваю ему.
Теперь его губы поднимаются в хищной усмешке.
— И не говори, что я тебя заставил.
Мы обмениваемся разными ходами, я нападаю на рыцаря, однако моего визиря окружают белые. Очевидно, что они собираются продвигать пешку и напасть на него. Игра начинает носить форсированный характер, Харитон перехватывает инициативу, и теперь его рыцарь грозит тем, что может съесть не только черную пешку, но и захватить визиря. Он делает ход, но я быстро ухожу на шестой фланг в четвертом ряду. Харитон выводит коня на третий фланг и подключает еще одну фигуру к игре, но его недостаток в том, что он не задействовал крепость. Рыцарь оказывает давление на пешку, мой конь скачет на пятый ряд восьмого фланга.