В полицейском управлении управился на удивление быстро – немцы молодцы, аккуратисты редкостные, умницы. Не пришлось никуда бежать, все сведения Чижов добыл не выходя из здания управления. Как и во Франции, треть комитетчиков перешла уже в мир иной. Из девяти осталось шесть, в том числе и экс-глава Германии Шредер. На немцев ушла ровно неделя – пришлось дважды выезжать из Берлина. Последним в списке оказался герцог Отто фон Габсбург, проживавший на роскошной вилле в Южной Баварии, неподалеку от австрийской границы.
Во время всей европейской эпопеи Чижова не оставляло чувство некоего дискомфорта – интуиция постоянно подначивала. Типа: «О, как ты его, маладес, так держать». В общем, достала вконец, пришлось обругать ее матерно, с запретом не лезть не в свое дело, но осадок-то остался…
Самолет «Люфтганзы» аккуратно приземлился в столичном аэропорту Кипра. Предвкушая встречу с любимой Еленой и полноценный отдых, Веня бодро скатился с трапа и забрался в один из белых вагончиков доставки к зданию аэропорта. Прекрасная погода приветствовала прилетевших, несмотря на раннее утро, множество народу мельтешило вокруг. Не заморачиваясь с багажом, которого, кстати, не было, Чижов устроился в такси и, сказав шоферу адрес гостиницы, уютно задремал на мягком заднем сиденье… Холл «Амбассадора» встретил гостей приятной прохладой и слегка усталыми, но обворожительными улыбками девушек на ресепшене из ночной смены. Не желая будить свою ненаглядную, Веня снял двухместный люкс и, оставив для нее записку в конверте, поднялся в свой номер на второй этаж. Решил пару часиков поспать – в связи с перелетом ночь выдалась бессонная. Он проснулся в двенадцать, чувствуя себя бодрым пионером. Утренние процедуры – умывание, бритье и т. д. – и вот, переодевшись в чистое и легкое одеяние, наш герцог помчался на третий этаж к заветному номеру. Постучавшись, зашел. Лена ждала его, сидя на краешке застеленной кровати. Она не бросилась ему на шею с криком «Ну наконец-то ты приехал!», а просто глубоко вздохнула, и столько нежности Веня прочел в ее прекрасных вишневых глазах, что у него перехватило дыхание. Подойдя, опустился на колени и вручил девушке охапку шикарных хризантем (успел купить у аэропорта). Они долго смотрели друг на друга и не могли наглядеться. Все понятно без слов, недаром говорят: глаза – это зеркало души. Когда ты любишь и любим – это счастье, которое, к сожалению, не каждому выпадает. Наша парочка, слегка утомленная, но тем не менее радостно возбужденная сладкими утехами, в четвертом часу дня устремилась вон из гостиницы.
– Я покажу тебе Никосию, здесь чудесно и красиво, – щебетала Леночка, прижимаясь к Вениной руке.
– Хорошо, хорошо, – соглашался он. – Но сначала обедать.
Они зашли в трактирчик, расположившийся на перекрестке, где их вкусно и недорого накормили. Побывали в местном Диснейленде, покатались на американских горках. Побродили по красивейшему парку с живописным водоемом, по которому плавали утки китайской породы с ярким оперением и стайки горделивых черных лебедей. Угощались сахарной ватой и разноцветными шариками мороженого. Потом очутились в торговом квартале, здесь было на что посмотреть. Витрины магазинчиков и бутиков ломились от заграничных товаров. Выбрав самую солидную ювелирную лавку, зашли. Веня подарил Елене золотой перстень тонкой работы с большим изумрудом – девушке понравилось именно это изделие. Ну с женщинами не спорят, себе дороже. В гостиницу вернулись под вечер, и Чижов с облегчением избавился от кучи коробок и объемистых пакетов. Лена оказалась очень скромной девушкой и в его отсутствие не купила себе ни единой вещички. По его мнению, любимая совершила настоящий подвиг, не поддавшись искусу шопинга. Они заселились в один номер. Приняли душ, а затем отлично поужинали в гостиничном ресторане. Влюбленные поспешили уединиться, им было не до местных красот и достопримечательностей. Ручка номера украсилась табличкой «Не беспокоить», вот и мы, уважаемый читатель, не будем мешать людям, нашедшим друг друга в этом беспокойном житейском море…
Счастливая идиллия длилась до утра, а если точнее, до завтрака, который подали в номер, и виновницей «грома среди ясного неба» оказалась Леночка. Она словно невзначай поинтересовалась Вениными успехами в Европе, и тот купился на якобы простодушный и наивный взгляд красивых глаз. Напыжился, надулся, словно индюк (чего с ним сроду не бывало), и ну хвастать своими подвигами. А Леночка только ахала в нужных местах и всплескивала изящными ручками на полном серьезе. Вскоре Чижов, не подключая телепатию, заметил в любимых очах веселых «чертенят». «Ой не к добру я раздухарился». Девушка положила на столик несколько десятков листков: