И нас повели. Коней и вещи забрали, а к нам подкатили повозку с большой клеткой. Она была похожа на ту, в которой везли Синель, только больше раза в три. Девушку заметно перетрусило, когда она залезала внутрь. Да, не просто ей далась так поездка.
– Тара, – зашептала я, – а где корона?
– У меня.
Магиня оттопырила ворот, и я увидела мерцающий краюшек.
– Нужно ее куда-нибудь скинуть. А то эльфы поймут, что дело в нас и просто отдадут умертвиям. Вот и казнь придумывать не нужно будет.
Я почесала макушку и натужно думала, но в голову, как на зло, ничего лезть не хотело.
– Так, а как мы ее спрячем? – спросила Кьяра, – Если ты не заметила, то мы в клетке.
– У меня есть одна идея, но она сложно выполнимая, – смотря по сторонам заговорила я, – Сложность в том, что воплотить ее сможет только один из нас, но я не могу ручаться за надёжность этой особы.
Девочки, правильно поняв мои слова, посмотрели на эльфу.
– Я? – девушка непонимающе захлопала глазами, – Но почему я?
– Ты мне сначала скажи, – решила узнать её намерения, а вдруг ей вообще на нас глубоко все равно, – если бы у тебя была возможность спасти всех нас, ты бы это сделала?
– Я умру? – как-то отстраненно и безэмоционально задала свой вопрос Синель.
– Хранители…, – выдохнула я, – Я бы никогда не попросила кого-нибудь пожертвовать собой ради меня.
– А, – девушка облегчённо выдохнула, – ну тогда, да.
Мы все продолжали молча смотреть на эльфийку, та немного стушевалась.
– Ну, вы же меня спасли. И если у меня будет возможность, я тоже всех спасу. Так что нужно делать.
– Попроситься в туалет, – протараторила я, – Понимаешь, нас они ни во что не ставят. А вот тебя… Не знаю, скажи что угодно. Что не хочешь позориться перед смертью, например.
На меня все смотрели округлившимися глазами.
– Что? – не выдержала я, – Тара, дай Синель корону. Пусть её спрячет где-нибудь под платьем. Думаю, обыскивать ее не станут.
Все это время темные осматривали деревню, подмечали каждую мелочь и каждый угол. Я видела, что отобрали у них не все оружие, а только то, что смогли найти. Значит, обдумывают план побега. Мы объяснили, что хотим сделать, на что, мужчины одобрительно кивнули.
– Только будь осторожна, – зашептал на ухо эльфийке Наралон.
Девушка от такой заботы покраснела, но потом резко обернулась и обняла темного.
– Я постараюсь. Извини. Я позабочусь о нас и, если все получится, то и о твоём народе.
Синель закусила губу, а на глазах появились слезы. Смахнув их рукой, эльфийка подползла к решетке и позвала стоявшего поблизости древесного:
– Милор, можно вас попросить?
Мужчина недоуменно повернулся, потом нахмурился, но осмотрев Синель, решил все же подойти.
– Что Вы хотели?
Голос мужчины был нейтральным, и по нему нельзя было понять, как он к нам относится.
– Понимаете, о хранители, как неловко, – девушка начала обмахиваться руками и краснеть, – мне нужно в уборную, срочно.
Глаза эльфа округлились.
– Я не знаю, можно ли, – древесный начал осматриваться по сторонам.
– Да что случится? – улыбнулась Синель, – Я уже совсем не могу терпеть. Милор, прошу вас, не дайте мне умереть раньше времени, со стыда и недержания.
– А-а…, – протянул мужчина, но, видимо решив что-то для себя, кивнул и открыл клетку, – Только давайте быстрее. Я провожу.
И они удалились. Я чувствовала напряжение Наралона и понимала его беспокойство. Сама тряслась от нервов. Но после десяти минут долгого ожидания, мы увидели улыбающуюся эльфийку, которая, вприпрыжку, направлялась в сторону клетки.
– Большое спасибо, – Синель от души поблагодарила древесного и, чмокнув его в щеку, полезла к нам.
– Ну, как? – нетерпеливо спросила Кимали.
– Получилось? – подползла ближе Кьяра.
– О-у, Да! – улыбка Синель озаряла все наше место пребывания, – Я боялась, что мне будет противно, но нет, было даже весело.
– А куда ты спрятала? – поинтересовалась я.
Девушка захихикала и сквозь смех до нас донёсся ответ: