– Ага, – буркнула я, – мгновенного поноса.
Рядом заржали, а эльфы уже с большей настороженностью на нас посмотрели. Один кинулся открывать клетку, видимо, боялся попасть под заклинание.
Нам помогли выбраться маги, и я обернулась, чтобы посмотреть на древесных. Эльфы бились с умертвиями мечами, иногда мелькала какая-то магия, но жутиков было намного больше.
– Нужно им помочь, – заговорила я, сама не веря, что предлагаю это.
– Кому, – хмыкнул дракон, – умертвиям?
– Канор, – нахмурилась я, – в деревне живут женщины и дети. Когда кошмарики закончат с этими наглыми, они перейдут на невинных жителей. Потом, возможно, отправятся дальше.
– Ты права, – неожиданно рядом со мной встал Дэянар, – Нам нужно остановить их здесь. Мартон, – маг обратился к императору, – как в старые добрые времена?
– А давай! – лукаво отозвался император, – Наглых ушастых в живых оставляем?
– Давай…, – неохотно согласился Дэянар, – не будем омрачать чудесную встречу.
И они, улыбаясь, направились в самую глубь сражения. Мы раскрыли рты от удивления. А эти двое стали напротив друг друга по краям от битвы, расставив ноги на ширине плеч, и развели руки в стороны. От императора направился белый свет, а от Дэянара черный, они встретились в центре, и раздался грохот. Вспышка озарила всю деревню, а когда она сошла, и глаза вновь могли видеть, мы поняли, что остались только живые. Жутики же рассыпались прахом у ног древесных, которые стояли и с ошарашенным видом смотрели на магов.
– Это вы что нас сейчас, спасли? – подал голос главный древесный.
– Ну да, – равнодушно отозвался император, – Будешь должен, за все спасённые жизни.
Эльф побледнел. По его глазам было видно, что он прямо сейчас был готов присоединиться к нежити.
– Ладно, – видя состояние Аланиэля, ответил Мартон, – расслабься. Подпишем с тобой соглашение, что твои люди больше не будут нападать на моих. Согласен?
Эльф выдохнул и через паузу ответил:
– Хорошо. Это равнозначный обмен. Жизни за жизни.
28
Пока мужчины решали политические вопросы, мы забрали своих лошадей, проверили все ли вещи на месте и встретили целый полк магов, которые, видимо, пришли для подкрепления. Во главе всего этого шествия был огненный Линас. Яркий как знамя.
– Поздновато как-то, – задумчиво произнесла Больяра.
– Что-то мне подсказывает, – усмехнулась я, – что полк больше для визуального устрашения поехал. Судя по силе этих двоих, – я кивком указала на горы пепла, – они бы с легкостью и сами со всем справились.
– Милоры, – лис улыбнулся и подмигнул Кимали, – очень рад вас видеть в добром здравии. Мы все чуть сума не сошли после вашего исчезновения.
– Все? – лукаво поинтересовалась лисичка.
– Ну да, – кивнул огненный, – эти двое из-за беспокойства и своих переживаний, а я из-за их нытья.
– Чего ты там городишь? – с усмешкой спросил Мартон, – Про какое нытье ты говоришь?
Лис стушевался и даже немного попятился, но потом поднял голову и ответил:
– А что? Не так все было? Ну приукрасил немного, так для антуража же.
– Да ну тебя, – отмахнулся император, – Милоры, отправляемся обратно в замок. Нам придется проделать путь верхом до земель северных оборотней, там воспользуемся порталом.
В этот момент Наралон посмотрел на эльфийку и прижав к себе, прошептал:
– Стань моей, свет мой. Стань моей женой… Да, я не могу предложить тебе власть и богатства. У меня есть только моя любовь. Хватит ли тебе ее?
Мы все молча ждали, что же решит Синель. Захочет ли она пожертвовать своим положением? Ведь девушка им так кичилась.
– Наралон, – голос эльфийки дрожал, а напряжение возрастало, – я буду твоей, это я для себя решила точно. Только вот…
Девушка замолчала, а темный сглотнул.
– Понимаешь, я хочу попробовать связаться со своей семьёй.
– Ты боишься, что они не благословят наш союз? – понимающе спросил темный и склонил голову.
– О хранители, нет же, – эльфийка легонько стукнула Наралона по плечу, – я хочу через них узнать, можно ли твоему народу переселиться в мой мир к темным эльфам. Ну, если конечно хранители будут не против.