– Не так быстро, моя рыжая прелестница, – подмигнул ей огненный.
– Ох, какой труд я по окончанию смогу написать, – мечтательно закатила глаза Тариона, – на диссертацию хватит.
– Это что, шутка? – всё больше истерила эльфа, – Да как вы смеете подвергать опасности особ королевских кровей! Какой лабиринт?
Глаза Дэянара наполнились тьмой. В комнате резко похолодало, и из-за его спины вылезла тень с огромными когтями, Фредди Крюгер отдыхает. Я сглотнула от страха и вжалась в спинку кресла. Рядом Кимали задержала дыхание. Больяра стала в стойку и приготовилась атаковать, если понадобится. Зана схватилась за сердце, было видно, что девушке страшно. Тара сидела в шоке и хлопала глазами. Вот уже, сознание ученого: меня будут пожирать, а я скажу – начните с ног, я вас пока опишу. А где Кьяра? Повернувшись, увидела ее на полу, девушка лежала в обмороке. Видира настороженно косилась то на Дэянара, то на тень. Синель же бледнела по мере приближения к ней чудо-монстра.
Загробный голос учредителя прорезался в уши:
– Ещё хоть раз ты посмеешь возразить хранителям, и я отдам тебя порождениям тьмы. Ты все поняла?
Фарфоровые чашки задрожали, и девушка вскрикнула:
– Да! Я поняла! Уберите это… это…
– На место! – прокричал Дэянар.
И тень шмыгнула обратно за его спину.
– Повторяю ещё раз, для тех, кто в коконе: самая большая проблема, это второе испытание. В лабиринте действуют свои правила и своя магия. Мы поставим охранки, чтобы в него не смогло проникнуть ничего магического, это хоть как-то вас обезопасит. И да, милоры, ваша магия там тоже действовать не будет.
– Как, не будет? А как же мы пройдем? – заволновалась Тара.
Линас подошёл к Кьяре, поднял ее аккуратно и положил в кресло, начал медленно приводить девушку в чувства.
– Наша магия резонирует с магией лабиринта. Может открыться воронка и из нее полезут разные создания, возможно, портал нашим миром не ограничится. Я думаю, что не стоит рисковать, – скрестив руки на груди, сказал учредитель.
– А так, будто мы не рискуем, – пробурчала я.
Мне это все совсем не нравилось. Мало того, что меня закинули сюда без моего согласия, я ещё и жизнью должна рисковать? А для чего? И ради чего?
Дэянар, будто услышав мои мысли, ответил:
– Милора Вераль, я понимаю что, вы не хотите замуж за императора, но вы же его ещё не видели. Вдруг, этот мужчина покорит вас с первого взгляда.
При этих словах, лицо учредителя скривилось, будто ему не приятна сама мысль о моем совместном будущем с Императором.
– А если нет, останьтесь в живых, чтобы отправиться домой к тому, кто Вас так ждёт.
Я немного не поняла тона Дэянара, было такое чувство, что он меня ревнует. С чего бы это? Ни разу до этого ничего такого не было. Ладно, проехали. Дальше будет видно по его поведению.
– А чего это эльфа не превращается в оборотня? С золотой то, сразу подействовало, – спросила заинтересованно Кьяра.
Девушке стало намного лучше после заботы Линаса.
– Оу, значит, ее переселили в тело молодой оборотницы, которая еще ни разу не обращалась, – ответила Больяра.
– Знаешь, эльфа, а я тебе даже сочувствую, – с саркастической улыбкой прошептала Кимали, – Завтра, как раз, полнолуние начинается. А первое обращение само тяжелое. Можно даже потерять свою суть и не возвращаться в человека несколько месяцев.
Эльфийка сидела с открытым ртом и большими глазами смотрела на всех с мольбой.
– Сделайте что-нибудь. Это неправильно! Я не хочу! Я не буду превращаться в это лохматое и уродливое создание.
– Кхм, – привлек внимание девушки Линас, намекая на то, что он, так-то, тоже лохматый и совсем не уродливый.
– Извините…, – Синарель сникла и будто смирилась со своей участью.
– Девушки, нам пора возвращаться, – привставая с кресла, произнес Дэянар.
Мы гуськом направились к многочисленной толпе и встали рядышком, чтобы поддерживать друг друга.
Учредитель вышел вперед и, протянув руку, из воздуха достал лист.
– Внимание, милоры, сегодня нас почтил своим вниманием сам Мартон Дэрийский, будущий император Олтгейна. Я попрошу его вручить девушкам подарки.