– В каком смысле? – не поняла итальянка.
– В прямом. Забудь о клинках. Представь, что это часть твоего костюма.
Волчица продолжала обнимать девушку, пока та полностью не успокоилась.
– Хорошо, – дрожащим голосом произнесла Кьяра, – я попробую.
Итальянка, прошла в центр полигона. Там, как раз, находилось место для рукопашного боя, и под ногами было много песка. Девушка закрыла глаза и начала напевать песню.
Чтобы поддержать Кьяру, мы начали щелкать пальцами ей в такт. Руки девушки взметнулись вверх, клинки разрезали пространство и она начала танцевать.
Это было волшебно. Меня будто загипнотизировал ее танец: опасный и красивый одновременно. Казалось, что ее суть давно привыкла к такому соседству. Пальцы Кьяры крутили острые как лезвия клинки, тело извивалось, а сам танец производил впечатление уверенности и великолепия. Даже, когда девушка остановилась, мы продолжали сидеть, открыв рты.
– Уф, меня аж трясет от удовольствия, – подбежала к нам итальянка, – Никогда не испытывала таких двояких чувств. Это определенно нужно было попробовать. Можно я их возьму? Пожалуйста, Боль.
Больяра засмеялась и ответила:
– Конечно, это теперь твое оружие. Ты будешь за ним следить и тренироваться теперь будешь только с ним.
В глазах у Кьяры заблестели огоньки радости.
– Себе, что ли что-нибудь подыскать? – задумчиво под нос проговорила Кимали.
– Подыщи, – подпихнула я лисичку в сторону стенда, – Хуже точно не будет. А вот лучше, возможно.
Кимали долго крутила в руках длинные кожаные перчатки без пальцев. Они доходили практически до локтя девушки и имели стальные костяшки. Взглянув на это, волчица выкрикнула:
– Ким, аккуратно положи их на землю!
Все разом обернулись и непонимающе посмотрели на эту довольно безобидную вещь.
Рыжая, не став рисковать, положила перчатки на землю и сделала шаг назад. Больяра стремительно подошла, аккуратно их подняла и очень медленно надела на руки.
– Это очень хороший выбор, лисичка. Именно для тебя. Сейчас ты в этом убедишься.
Волчица подтянула перчатки до локтя и нажала кнопку на ладони. Из костяшек вылезли стальные лезвия длиной десять сантиметров.
– Вот это я понимаю. Росомаха отдыхает, – не смогла сдержаться я.
Больяра хмыкнула:
– Кимали, ты почувствовала оружие, которое создали в твоем мире. Им люди сражались с озверевшими оборотнями, сущность которых навсегда ушла в тело зверя. Его называют «саё» – звериная ярость. Эти лезвия идеально заменят твои лисьи когти, в случае лишения звериной ипостаси.
Волчица, так же аккуратно сняла перчатки с рук. Теперь лисичка уже с большим трепетом смотрела на чудо-оружие, и было видно, как загорелись ее глаза.
– Теперь надевай, – Больяра протянула саё Кимали, – и пойдем к манекенам, посмотрим на коготки в деле.
Лисичка аккуратно надела перчатки, подтянула до локтя и, нажав кнопку, оторопело смотрела на стальные когти.
– Ким, давай проверим их на остроту, – предложила я, чтобы немного оторвать рыжую от созерцания.
– А? Ага. Уже иду, – подняв глаза, проговорила Ким, и направилась к волчице.
Подойдя к манекенам, Кимали замахнулась и протянула когтями по деревянному туловищу. Мы восхищенно смотрели. От когтей остались борозды глубиной с палец. Следующий замах был на уровне шеи, и деревянная голова покатилась по полигону.
– Вот это когти! Они совсем не хуже моих! – радостный возглас лисички слышал весь замок.
– Вот, теперь и ты при оружии, – подытожила Боль, – Кто у нас остался? Зана, давай, почему ты все время последняя?
Девушка замялась и неуверенно подняла голову.
– Давай, наш мушкетер, мы в тебя верим, – подбодрила Кимали.
– Можно мне маленькие кинжалы?
Девушка сказала это робко и тихо, но все равно смогла ввести нас в ступор.
– Понимаете, нам часто приходилось добывать себе еду самим, монет на все не хватало. Отец учил меня кидать ножи в зайца. Один раз у меня даже получилось. Мы его неделю потом с папой ели, – на губах Заны заиграла улыбка, а в глазах появились слезы, – Его пять лет как уже нет. – девушка вздохнула, – Я так скучаю.