Синель пару раз выходила в парк, эльфийке уже стало определенно лучше. Только в ней что-то изменилось. Девушка не задиралась, на нас особо не смотрела и не разговаривала. Ее взгляд часто был направлен в сторону леса. Будто что-то ища. Мы не знали, пробовала она еще превращаться в рысь или нет. Все же наказание было на неделю.
Видира из комнаты практически не выходила. Один раз, в коридоре, мы услышали разговор двух девушек, которые ей прислуживали. Служанки смеялись и признавались друг другу в том, что игнорируют указания драконицы, делая вид, что не видят ее жестов и попыток объяснить свои пожелания.
А наказания хранителей оказались серьезней, чем мы думали в начале.
Вот приблизился день второго испытания. Нам было страшно. Мы не знали чего ожидать и к чему готовиться.
Дэянар собрал всех в большом холле и произнёс:
– Девушки, официальной части не будет, как и толпы смотрящих. Будете только вы и лабиринт. Я искренне надеюсь встретиться со всеми вами на той стороне.
– Жизненного пути? – не смешно пошутила лисичка.
– Лабиринта, милора Кимали, – грустно улыбнувшись, ответил учредитель, – если бы я мог, то изменил бы этот этап на любой другой, но таков выбор хранителей. Нам дали право выбрать лишь первое испытание, и мы постарались сделать его наиболее легким.
– Милор, – обратилась к Дэянару Видира.
Мы все повернулись к девушке. Так не привычно было слышать ее голос. Драконница заметила наш интерес, но продолжила:
– А Вы были сами в этом лабиринте?
– Да.
Мужчина нахмурился и глаза его потемнели.
– Мне было шесть лет.
Мы охнули и с ужасом посмотрели на Дэянара.
– Все нормально, меня никто не заставлял, – правильно понял наши мысли учредитель, – Я случайно в него зашел. Меня искали по всему замку около недели. И когда я показался у выхода лабиринта, королева сильно перенервничала и слегла с сердечной болезнью. Лекарям удалось ее спасти, но магическую охрану на вход и выход решили поставить. Во избежание повторений.
– Королеву? – удивленно спросила Тара.
– Да, – улыбнувшись, ответил мужчина, – меня воспитывала королевская семья, хоть я им и не родной.
– Вот это да, – озвучила всеобщие мысли Кьяра.
– А Ваши родители?– не сдержавшись, спросила я, – Простите за этот вопрос. Если Вам трудно говорить, не отвечайте.
– О своих родителях, я, может быть, потом Вам расскажу. Но точно не сейчас.
Улыбка мага отражала печаль и я поняла, что их уже нет в живых.
Учредитель подошел к одной из стен холла, сделал круговое движение рукой и прошептал непонятные на слух слова. После этого, стена начала отъезжать в сторону и за ней показался огромный арочный проход. Из него подуло сырым ветром. От этого мы немного поежились.
– Помните, отпустите свои мысли. Ваши страхи – только ваши. Это очень важно.
Дэянар прямо посмотрел на меня, и я увидела в его глазах волнение и страх. Улыбнулась в ответ. Ну, а что? Мне хватает того, что я волнуюсь, что девочки рядом волнуются. Зачем мужика на нервы выводить? Он немного расслабился и указал рукой на проход.
Первой вошла драконица, ее голова была гордо поднята, и по девушке совершенно не было понятно, нервничает она или нет.
Мы все посмотрели на Синель, по потерянному взгляду эльфийки мы поняли, что следующим идти именно нам.
– Ну что, вместе? – шепотом спросила Кьяра.
– Ага, – ответили хором.
– Может, давайте сделаем сцепку нашими артефактами, мало ли…, – внесла предложение Тара.
– А хорошая идея, – воскликнула Больяра, – Все, представьте вместо своего артефакта, браслет с длинным болтающимся хвостиком.
Мы непонимающе посмотрели на волчицу, но сделали, как она говорила.
– Так, я пойду первая, – продолжила командовать Боль, – За мной Кьяра. Кьяра, сцепи мою цепочку, со своим браслетом.
Девушка послушно сцепила.
– Вот. Дальше пойдет Тара. Тара, сцепи цепочку Кьяры со своим браслетом.