– Слушайте, – в тишине раздался голос Кьяры, – я не могу просто молча идти, мне жутко становится. Давайте о чем-нибудь поговорим, отвлечемся.
– Кьяра, – возразила девушке Боль, – это не то место, где нужно расслабляться.
– Да меня просто распирает один вопрос, я ни могу его не задать, – все никак не могла угомониться итальянка.
– Ну, спрашивай уже, да пойдем по-человечески, нормально.
Волчица остановила всю колонну и повернулась к девушке.
– Так не к тебе же, – немного опешила от напора итальянка, – я у Веры хочу спросить.
– Я тебя слышу, – в свою очередь отозвалась я.
– Слушай, – зашептала Кьяра, – а чего тебя называют Вераль?
– Хах, – не сдержала смешок я, – если бы я знала. Мне сказали, что это из-за некомфортного произношения моего имени.
– Серьезно? – не поверив, переспросила Больяра.
– Ну да. А что на самом деле, ты знаешь?
– Так, как тебе объяснить? Точнее, вам. Всем же интересно? Да? – с ухмылкой на лице начала Больяра.
– Ага, – отозвались девочки.
– На самом деле все очень просто. У нас имени Вера нет, но есть имя Вераль, – начала рассказ волчица, – оно означает «несущая мир». Просто всем проще тебя так называть. Привычнее.
– И все? И никакой загадки? – расстроилась Кьяра.
– Ну да, – пожала плечами волчица, – Пошлите дальше, привал окончен.
Далее мы отправились уже в более хорошем настроении.
Но тут волчица резко затормозила, дыхание ее участилось, плечи начали ходить ходуном. Девушка отцепила свой артефакт и преобразила в меч. Мы непонимающе смотрели на все вокруг, но ничего не видели.
– Ким, ты что-нибудь чувствуешь? – колотящимся голосом спросила я, – У тебя же нос лучше, чем у любой сыскной собаки.
– Ну, спасибо, Вер, – пробурчала рыжая, – Нет, ничего. Только волнение Больяры.
– Это очень странно, – прошептала рядом Тара.
Волчица в этот момент, начала кружить по узкому коридору, махая мечем и пытаясь кого-то убить, только мы не видели кого. Так хотелось помочь девушке, только мы не знали чем.
– Подождите-ка, – начала высказывать рассудительную мысль наша заучка, – Вер, а что нам учредитель на прощание говорил? Он еще сказал, что это важно.
– Что-то про страхи. Точно не помню что, – задумалась я.
– Ну, то, что здесь наши страхи, мы и так уже знали, – высказалась Кьяра.
– Там что-то еще было, вспоминайте. Я чувствую, что это действительно важно.
Тара не могла успокоиться и ходила из стороны в сторону.
– Там было что-то, типа, ваши страхи – ваши, – не отводя взгляд от Больяры, проговорила Ким.
– Точно! – воскликнула красноволосая Тара, – Ваши страхи – только ваши. Он так сказал.
– И что это значит? – непонимающе смотрела на всех Итальянка.
– А то, что сейчас наша Боль дерется со своими страхами. Но мы их не видим, потому что не боимся конкретно этого, – высказалась Тара.
– Нужно ей помочь, – резко двинулась с места Ким, обрывая артефакт.
– Аккуратно, смотри, чтоб тебя не задела, – заволновалась я.
– Боль! – позвала девушку рыжая, – Болька. Волчонок наш черный.
Оборотница опешила от такого обращения, и даже меч немного опустила от шока.
– Больяра, это все не правда. Я не знаю, с кем ты сражаешься, мы его не видим. Это твой страх, он не настоящий.
Примирительный голос лисички начал понемногу приводить девушку в реальность.
– Серьезно? – ошарашенная Больяра смотрела на нас и не веря, переводила взгляд на своего невидимого противника, – Вы его не видите?
Мы все отрицательно помотали головой.
– Вот же…, – ругнулась волчица и, сделав рубящее движение, направившись к нам. Опять создала браслет с цепочкой, соединилась с нами и резко, немного запыхавшись, выдала:
– Так, с этого момента мы постоянно вместе. Если кого-то пробирает, приводим в чувства, понятно?
Мы, как болванчики, снова закивали.
– Отлично, идем дальше.
И Больяра двинулась вперед, а мы следом.
– Боль, а кого ты видела? – еле слышно произнесла Тара.